26. Можно разделить Эфиопию совершенно иначе. Ведь все, кто плавал по Океану вдоль берегов Ливии, отправлялись ли они из Красного моря или от Геракловых Столпов, всегда, пройдя известное расстояние и натолкнувшись на многочисленные препятствия, возвращались назад; поэтому у многих людей создалось убеждение, что лежащее посредине пространство есть перешеек. Весь Атлантический океан, однако, представляет единое водное пространство, и это в особенности верно для южной Атлантики. Все эти мореплаватели называли эфиопскими странами последние пункты, которых они достигали в своем путешествии, и сообщали об этом таким образом. Что же странного в том, если и Гомер, введенный в заблуждение такого рода слухами, разделил эфиопов на две части, поместив одну часть народа на востоке, а другую — на западе, так как не было известно о существовании между ними какого-либо народа. Кроме того, Эфор сообщает еще другое древнее предание, и есть основания полагать, что и Гомер слышал о нем. По сообщению тартесцев, говорит Эфор, Ливия подверглась нашествию эфиопов вплоть до Дириса, причем одни из них остались в Дирисе, другие же захватили бо́льшую часть морского побережья. Эфор предполагает, что это обстоятельство побудило Гомера выразиться так относительно
27. Можно возразить Аристарху и его последователям; можно привести и другие, еще более убедительные доводы, избавив таким образом Гомера от обвинения в грубом невежестве. Я утверждаю, например, что, по представлению древних греков, подобно тому, как они называли жителей знакомых им северных стран одним именем «скифов» (или «номадов» как у Гомера) и как позднее, когда познакомились с жителями западных стран, те были названы кельтами, иберийцами или составным именем кельто-иберийцами и кельто-скифами — (потому что отдельные народы объединялись под одним именем в силу незнания фактов), так, говорю я, все южные страны, лежащие за океаном, назывались Эфиопией. Доказательством этого является следующее. Эсхил в «Освобожденном Прометее»[65] говорит:
Если Океан оказывает это воздействие на Солнце и находится с ним в таких отношениях по всему южному поясу, то, очевидно, Эсхил и эфиопов также расселяет в пределах этого пояса. Еврипид в своем «Фаетоне»[66] говорит, что Климена была дана
В этом отрывке Еврипид приписывает Эос и Солнцу общие стойла, а в следующих стихах он говорит, что эти стойла находились поблизости от дворца Меропа; и действительно, этот географический факт целиком вплетен в структуру пьесы не потому, надо полагать, что это является особенностью Эфиопии, лежащей поблизости от Египта, но скорее потому, что это — особенность морского побережья, простирающегося вдоль всего южного пояса.
28. Эфор сообщает также о древнем представлении относительно Эфиопии; в своем трактате «Об Европе»[67] он говорит: «Если разделить области неба и земли на четыре части, то индийцы займут части, откуда дует Апелиот, эфиопы — часть, откуда дует Нот, кельты — западную часть, а скифы — часть со стороны северного ветра». Он добавляет при этом, что Эфиопия и Скифия — более обширные страны. «Ведь полагают, — говорит он, — что народ эфиопов обитает на пространстве от зимнего восхода солнца до захода[68], Скифия же лежит прямо напротив на севере». Что Гомер разделяет этот взгляд, ясно из его слов о местоположении Итаки «по направлению к мраку» (Од. IX, 26) (это значит — к северу):
Так Гомер обозначает всю область на южной стороне:
И из этого стиха:
