— А этот что хочет? — спросил Машков.
— Это не то! Дядя Вова, еще чуть ниже переключите! — попросил Гедеван.
Машков переключил.
Кучерявый с Безволосым исчезли.
— Ку! — раздался грозный окрик, и в комнате появился нечесаный малый в брезентовом плаще.
— Эх! Это тоже не то! Дайте я сам. Тут такие девушки… Вах!
Гедеван хотел пройти сквозь малого, но наткнулся на него.
Малый оказался из плоти.
— Кю! — выругался Малый».
В иных эпизодах сценария абсурд даже похлеще, чем в фильме:
«На краю кладбища один над другим стояли два прозрачных резервуара, наполовину заполненных песком. Из верхнего песок струился в нижний, по принципу песочных часов. Там трудились два мужика. Один стоял на стремянке, другой — внизу. Нижний ведром загребал песок из нижнего резервуара и передавал ведро верхнему. Верхний высыпал песок в свой резервуар и возвращал ведро нижнему. И т. д.
— Что они делают? — удивился Гедеван.
— Вкалывают, — сказал Уэф».
Или прекрасная сцена, идущая следом:
«— Пацаки! — снова позвал эцилопп. — Выкупаться хотите?
— Нет! — категорически отказался Уэф.
— А сколько стоит? — спросил Гедеван.
— По чатлу с носа.
— Выкупаемся, дядя Вова, а? А то что, такие полетим? Неудобно…
— Давай.
— Платите только за себя, — сказал Би. — Мы бедные. Эта роскошь не для нас.
Тощий эцилопп открыл железную дверь, и Машков с Гедеваном вошли в зал, облицованный белоснежным мрамором, посредине которого был бассейн с прозрачной голубой водой.
— Давай по очереди, — сказал Машков Гедевану и незаметным для эцилоппа движением показал на свою пилотку.
Гедеван быстро скинул брюки, ботинки, рубашку и майку, подошел к бассейну и прыгнул в воду, шлепнулся на дно.
Вода не шелохнулась.
Машков посмотрел на эцилоппа. Тот зевал.
Гедеван выпрямился под водой и крикнул:
— Эй! А где вода?
Пузырьков изо рта не было.
— Ты что, за чатл настоящую воду захотел? Ну, ты нахал, пацак, — покачал головой эцилопп и переключил рубильник».
«Наконец дописали сценарий, — вспоминал Данелия. — Но кому ни давали читать, никто ни черта не понял! Министр кино Камшалов лишь четверть сценария осилил. Сказал: „Если б не твое имя, я бы эту фигню сразу выкинул!“ Но добро на съемки дал: привык, что у меня часто в сценарии одно, а на экране другое. Лишь предупредил: „Чтоб без антисоветчины, впрочем, я ее все равно вырежу…“ Тут он ошибся: фильм вышел в совсем иное время, при другом министре…»
Георгий Николаевич, вероятно, не рассчитывал, что и сам съемочный период растянется до немыслимых сроков. Он изначально знал, что три центральные роли будут играть звезды, а надолго увезти трех успешных актеров в пустыню — задача непростая.
Изначально все было ясно только с чатланином Уэфом — роль писалась на Евгения Леонова. Машковым режиссер подумывал сделать Никиту Михалкова, Александра Фатюшина или Олега Янковского. Остановился было на последнем, но в тот период актер был чрезвычайно занят. Тогда Данелия утвердил на роль прораба когдатошнего партнера Янковского по знаменитой эпопее Владимира Басова «Щит и меч» — Станислава Любшина. И лучшего Владимира Николаевича, дяди Вовы или просто Вовки и желать было нельзя. «Еще один пролетарский денди, как и Афоня, но поданный в более нервном и мизантропическом ключе, — писал об этом любшинском герое Максим Семеляк. — В некотором смысле его герой тут — это продолжение Ильина из „Пяти вечеров“, только шестой свой вечер он коротает в другой галактике».
Роль Гедевана почти сразу досталась сыну Реваза Габриадзе Левану. А высокого — по контрасту с Леоновым — пацака Би должен был, по задумке Данелии, сыграть Алексей Петренко. Однако, ознакомившись с готовым сценарием, Петренко отказался сниматься. После премьеры «Кин-дза-дза!» в Доме кино артист подошел к Данелии и сказал, что был неправ, поскольку фильм получился замечательный.
Сыграть Би согласился Валентин Гафт. Но по какой-то причине и он пошел на попятную, причем в самый последний момент. Данелия срочно подыскал Гафту замену в лице блистательного Юрия Яковлева, и об этом окончательном кастинге опять-таки ни на секунду не приходится жалеть.
В мемуарах «Между прошлым и будущим» Яковлев писал:
«Я лежал в Кунцевской больнице, и вдруг раздался звонок по телефону:
„Здравствуйте, это говорит Данелия“.
Я даже переспросил: „Какой Данелия?“
„Кинорежиссер. Когда вы выходите из больницы? Я хочу предложить вам роль в моей новой картине“.
Это было неожиданно, так как до той поры я не входил в круг „его“ актеров. К сожалению, потому что мне всегда нравились его фильмы.
Выходил я из больницы через день, мы встретились, и он рассказал мне про то, что хочет снимать, потому что сценария фактически не было.
