– Поверьте, солидарность – это не пустой звук для гэперов. Когда к нам хлынули тысячи испуганных людей, спасаясь от бомбардировок, каждый дом в Гэпе был открыт для них. Аутеры были измучены, ранены и напуганы как новым местом, так и войной за стеной. Гэперы делились своим кровом, пищей, отдавая все для этих обездоленных. Это был последний раз, когда Гэп запустил людей. С тех пор и до 1987 года наш общий Дом развивался своим путем, сохраняя свои традиции и уникальность. Но появление коннекторов, вестников Большого Правительства, и последующий приход к власти модернистов изменили жизнь в Гэпе драматично. Даже трагично, я бы сказала.
На этом Сьюзан Кипер закончила свой исторический экскурс.
– Господин Спаркли, раз вы проходите стажировку здесь, окажите нам услугу. В папках на этих стеллажах находится часть исторического наследия Гэпа. Переставьте их по алфавиту и постарайтесь закончить сегодня. Насколько я знаю, уже скоро вы покинете нас.
– Да, верно, я возвращаюсь в Лондон. Уже завтра.
– Для вас избрали крайне интересный путь возвращения, – цокнула языком Сьюзан Кипер. – Нам будет интересно посмотреть этот эксперимент Рулса.
Она указала на стеллажи и ушла, ничего не добавив.
Документы внутри папок были очень старыми – свитки, газетные вырезки, какие-то письма, резолюции. Том стал читать первую попавшуюся заметку. Это было срочном донесением, датированным 1940 годом.
