– Милый, это я – Инна, – зашептала, приблизившись к нему, жена. – Я с тобой, любимый. Я спасу тебя, Иги. Пожалуйста, не закрывай глаза. Мне так много нужно тебе сказать. Прости меня, милый. Прости за подлость. Я знаю, что не должна была так поступать. Это все мой комплекс неполноценности. В глубине души я боялась, что ты меня разлюбишь, уйдешь к другой. Я говорила себе и всем, что ты никогда не бросишь меня, а в душе боялась тебя потерять. Я научилась делить тебя с другими. Сначала Юля, потом Света. Ты научил меня переступать через эгоизм. Я была уверена, что смогу поделиться тобой с новой женщиной. Я даже договорилась с Лерой, что она будет заменять меня, на последних месяцах беременности. Боже мой, как давно это было. Ты теперь считаешь меня своим врагом. Я не могу тебя в этом упрекнуть. Я поступила, как последняя гадина. Кричала на тебя, ударила, потом сказала глупость. Я тогда была вне себя от негодования. Мне хотелось отомстить. Хотелось причинить тебе боль. Почему любящие люди причиняют друг другу столько боли? Ты стоял тогда передо мной, такой сильный, неуязвимый, и я решила ударить туда, где ты открыт. Это оказалось твое уязвимое место. Одно единственное… Я СОЛГАЛА тебе о Корзине. Мы никогда не были с ним любовниками. Когда он меня насиловал спящую, я уже была беременна. ТЫ – отец моего ребенка. Я не имела права так поступать. Ты учил защищать свою любовь, а я позорно ее предала. Прости меня. Я не такая сильная, как ты. Я слабенькая девочка, которая запуталась в собственных страхах. Мне нужен ты. Такой сильный, смелый, всезнающий, такой суровый временами и нежный ночами. Прости меня. Накажи. Отшлепай, поставь в угол, избей – я все стерплю. Ну, обругай меня. Почему ты молчишь? Зачем ты закрыл глаза? Я утомила тебя? Наверное, ты просто устал и хочешь спать. Спи, родной, я посижу здесь. Буду с тобой.
– Сестра, позовите главврача, – сухо, не открывая глаз, произнес неожиданно Игорь.
Инна, уверенная, что он спит, испуганно вздрогнула.
– Иги, зачем тебе врач? – испуганно прошептала она и покосилась на дверь.
– Сестра, срочно позовите врача, – повторил он громче, и женщина, услышав в его интонации угрожающие нотки, испугалась еще больше.
– Игорь, послушай, – зашептала горячо она. – Не прогоняй меня. Не заставляй страдать. Дай высказаться.
– Эй, кто-нибудь! – закричал громко Кропоткин.
Дверь распахнулась, и, на пороге появился Четвертый.
– Позовите главврача, – проскрежетал Игорь и закрыл глаза.
– В чем дело? Отпустите меня, – раздался возмущенный голос заведующей.
Ее бесцеремонно запихнул в палату Второй.
– Я требую, чтобы мне заменили медсестру, – сказал раненый, открывая глаза.
– Я считаю, что Кропоткина – высококвалифицированная медсестра, – ехидно проговорила Анисимова. – Она обладает всеми необходимыми навыками. Что Вас не устраивает?
– Эта медсестра ухудшает мое здоровье, – холодно ответил Кропоткин, глядя на съежившуюся жену.
– Но мне некем ее заменить, – злорадно ухмыльнулась заведующая.
– Тогда я требую, чтобы возле меня никто не сидел! – прорычал Гепард. – Убирайтесь все к чертовой матери!
– Приятно Вам подыхать, – улыбнулась заведующая и повернулась к Инне. – Вопрос о Вашем поведении, Кропоткина, будет поднят на собрании трудового коллектива. А сейчас уходите.
– Да пошла ты! – взъярилась молодая женщина. – Никуда я не уйду из этой палаты. Плевала я на Вас и Ваше гребаное собрание. Это МОЙ муж и никуда я от этого не отступлюсь. Я останусь здесь!
– Так, так, – раздалось у двери. – Сразу можно догадаться, что здесь находится Игорек. Он умеет будоражить умы и сердца. Пожалуйста, освободите палату.
Все резко повернулись на голос. В дверях стоял Грибнин.
– С Вами, Анисимова, я побеседую отдельно по поводу Вашей профессиональной этики, – проговорил он зловеще заведующей.
– Кто Вы такой? Что Вы себе позволяете? – рассвирепела Анисимова.
В ЕЕ больнице находились какие-то посторонние люди и командовали ею.
– Уведите ее в отдельный кабинет и заприте, – приказал мужчина, а потом стал внимательно разглядывать супругу Гепарда.
– Так вот, значит, какая у моего Игорька жена, – улыбнулся он. – Да, хороша, ничего не скажешь. Вот только гордости поубавить нужно. Привыкла расти одна, не считаться с людьми.
– Да кто Вы такой, чтобы меня осуждать? – вскипела Инна.
– Интересно, как ты собираешься растить двух детей? – как ни в чем не бывало, спросил Грибнин. – Ты знаешь, как плохо расти пацанам без отца? Без наглядного примера? О чем ты думала?
– Откуда…? – прошептала она.
Только вчера молодая женщина узнала, что у нее будет двойня. Оба мальчика. Об этом знала только она и ее врач. Больше никто. Страх парализовал ее душу. Откуда ей было знать, что в ее одежде вместо пуговицы установлен миниатюрный «жучок», который исправно передавал все ее разговоры магнитофону охранников.
– Кто Вы? – прошептала она.
– Я тот, кто ВСЁ знает, Инна, – проговорил полковник. – Ты можешь идти, Игорь в надежных руках. Не заставляй меня выводить тебя силой. У нас с Гепардом разговор есть. Пожалуйста, оставь нас одних.
