Шрамы мои заросли за день, хотя на лице еще оставались полоски другого цвета, отличные от общего фона. Уж не знаю, сколько продлится это напоминание о пережитом.
Развлекался тем, что по-тихому проверял и тренировал способности. Сюрпризов хватало. Во-первых, сила. Я мог дробить рукой камень, немного напрягаясь. Причем кожа в области ладоней стала настолько крепкой, что легко держала удар ножа. По крайней мере порезать я себя не смог. В других местах похуже, но я теперь более чем твердый.
Только вот кроме кожи есть же и другие области, куда можно нанести удар. Например, глаза. Думаю, пуля или добрая сталь при удачном попадание надежно меня успокоит. Не знаю, стоит ли пытаться укреплять глаза — идея казалось крайне глупой.
Рефлексы тоже улучшились. Шагая и анализируя движения, а заметил, что двигаюсь совсем иначе, чем раньше. Более точно и качественно. Моторика тела изменилась. Не удивительно, учитывая, что теперь организму доступны принципиально другие возможности.
Прыгнуть метров на пять вверх, без разбега и подготовки — плевое дело. Славу богу, что такие нагрузки переносились легко. Я не чувствовал порванных связок, разорванных мышц или сломанных костей. Организм реагировал на применение силы спокойно.
Но больше всего поражали руки. Я теперь настоящий супер герой. Думаю, на текущий момент это самая мощная моя часть. Но не в силе дело. При желание кисти окутывались черным дымом. Не знаю, какой предел у этой способности, но я смог в пути уединиться возле полуразрушенного здания и проверить на камне мощь удара. Что сказать — при желание теперь могу крутишь стены.
Веский аргумент в любом споре.
Зрение стало в разы четче и объемнее. Первый день от этого болела голова, потому что поступающей информации в мозг стало на порядок больше. Когда видишь поры на лице человека, что идет в двадцати метрах от тебя — это жесть. Пришлось поспешно учиться контролировать зрение, снижая уровень восприятия. Не знаю, как работает Гер, но такая возможность нашлась.
То же самое с чувствительностью к черному дыму. Когда я открывался на полную, а рядом стоял герун, то это словно смотреть на прожектор, бьющий прямо в лицо. Не особо приятно. Но способность крайне полезная. Я не только чувствовал, кто где находится и приближение различных тварей, но и видел, кто как использует Гер. Наблюдая за командой, я набирал статистику — глядишь, когда-нибудь научись понимать не только общие вещи.
Осталось решить, как жить дальше. Не факт, что команда Киры продолжит существование и сохранится. Да и сомнительно, что меня пригласят. Но не исключаю и такой вариант.
Мысли о планах вернули к вопросу о Диком. Парнишка явно много знает, раз целенаправленно шел за артефактом. Какие из этого выводы? Что узнал один, то может узнать и другой. Нужно как-то разобраться, что это за мир, по которому мы столько бродим.
— Кира, а можешь дать камеру? — подошел я к девушке с просьбой.
— Хочешь изучить фото?
— Да. В храме было не до этого, а сейчас все равно скучно.
— Держи.
Фотоаппарат старый, причудливой формы, совершенно отличающийся от современных моделей. Не знаю принцип его работы, но главное — он умудрялся снимать, хоть качество и оставляло желать лучшего. Девушки потратили время с умом, нащелкав пару сотен кадров. Часть из них повторяли объекты, лишь меняя ракурс, но все же.
Фото статуй я пропустил. Рассматривать детали, как выглядели жильцы этого места быстро наскучило. Схожесть между ними и теми мертвецами, что мы встретили и так отчетливо видна. А учитывая обстоятельства знакомства, я не питал к ним особой любви. И ничего, что они давно мертвы. Имею право их ненавидеть.
А вот барельефы, фрески и рисунки заинтересовали. Время, конечно, безжалостно к ним отнеслось, но какие-то фрагменты сохранились. Основной сюжет везде мелькал один и тот же — существа закутанные в плащи с капюшоном стоят рядом с рябью. Иногда к ним добавлялись объекты, типа величественных зданий или непонятных устройств. Другие существа тоже встречались, и не все из них приятны на вид. Ну, я так решил, мысленно дорисовывая обшарпанные картинки.
Но одна фреска, довольно большого размера отличалась от остальных. Все те же местные в капюшонах, только без ряби, но зато с черным дымом над головой.
Я посмотрел вверх. Походу, тут изображены здешние небеса. Как-то я привык игнорировать вверх, потому что там скрывалось мерзко-неприятное зрелище. Черное пульсирующее небо, словно чьи-то внутренности. Никаких звезд или солнца. Будто разлили по небосводу нефть.
— Нашел что-нибудь интересно? — спросила Кира, когда я вернул ей камеру.
— Ну так. Есть над чем подумать.
— Твои выводы? Я тоже осмотрела тщательно пленку, но сначала хотела бы услышать чужое мнение.
— Учитывая артефакт Дикого, ряби и картинки — готов спорить, местные умели открывать порталы, — начал я делиться мыслями, — Скорее всего они это делали активно и путешествовали… мм… пусть будет по вселенной. Может даже на Землю заглядывали. Но потом пошло что-то не так.
— Логично, учитывая, насколько этот мир мертвый, — усмехнулась девушка.
