Наяривая что есть силы, оркестр свернул на их улицу. Музыканты разом повернули головы; на миг сбились барабаны, кларнеты взвизгнули. Но вот оркестр промаршировал мимо, увлекая следом зевак на велосипедах.
Герман шел вперед. Куда точно, он не знал.
Поэтому шел себе и шел, да и все.
