Комната залита оранжевым дневным светом. Кейтлин в кровати под одеялом, свернулась калачиком на боку. Её тяжёлые веки и покрасневшие глаза говорят мне о том, что она спала. Кейтлин смотрит на меня с ожидаемым выражением лица, поэтому я откашливаюсь и закрываю за собой дверь.
— Ты здесь уже давно, — произношу я, осторожно садясь на край кровати. — Решил прийти и проверить.
Она пожимает плечами:
— Я думала.
— Всё это время?
— Ещё я вздремнула по-кошачьи.
— Вздремнула по-кошачьи? — повторяю я.
Она приподнимает брови и улыбается:
— Никогда не слышал про сон по-кошачьи? — я качаю головой. — Это как обычный, только короче.
— Ясно. Сон для киски.
— Нет, — отвечает она, улыбаясь шире. — Просто сон. Никаких кисок.
— А есть такая вещь, как «сон для киски»?
Она хохочет и прячет лицо под одеялом.
— Буду первым и скажу, что это великолепная идея, — произношу я.
Она выглядывает из-под одеяла, и по глазам я вижу, что Кейтлин улыбается.
— Уверена, так и есть.
Забираю одеяло из её рук и накрываю её голое плечо.
— Поинтересуюсь чисто из любопытства, а по-кошачьи обычно спят голышом? — я пробегаю пальцами по её коже, наблюдая, как после прикосновений остаются мурашки.
— Иногда, — отвечает она.
— А сейчас? Ты разрешаешь проверить?
— Тебе нужно разрешение?
— Нет. Хотя мне бы это понравилось.
Она сглатывает и кивает, поэтому я скольжу под одеяло и обхватываю её мягкую грудь рукой. Кейтлин стонет, когда я сжимаю её.
— Всего лишь одно прикосновение, и я становлюсь твёрдым. Никто другой не может сделать со мной того, что делаешь ты.
— Кельвин, — шепчет она. Я сжимаю её сосок, и она прикусывает губу. — Ты можешь спуститься ниже.
Очень хочу. Но сегодняшнее утро ещё свежо в моей памяти, поэтому вопреки желаниям своего сердца я отпускаю её.
— Я пришёл не для того, чтобы трахнуть тебя. А для того, чтобы пригласить тебя кое-куда сегодня вечером.
Она натягивает одеяло на плечи.
— Оу. Куда?
— Я состою в Совете Директоров в организации, которая в первую очередь борется с бедностью в городе. Мы внедряем в Ист-Сайде программы по развитию спектра услуг для нуждающихся семей.
— Ист-Сайд в очень плохом состоянии.
— Знаю. Поверь мне, я знаю. Поэтому мы им нужны.
Она прислоняется к спинке кровати, заворачиваясь в одеяло.
— Нужен официальный наряд, — говорю я, — но у тебя большой выбор.
Она смотрит на расстояние между нами и заправляет прядь волос за ухо.
— Ты приказываешь мне сопровождать тебя?
— Что?
— Мне нужно идти?
— Нет. Я имел в виду то, что сказал. Ты больше не моя пленница.
— Почему я должна пойти?
— Потому что я хочу, чтобы ты пошла.
Волосы снова падают, когда она кивает.
— Хорошо.
Протягиваю руку и провожу пальцем по линии её челюсти.
— Мы выезжаем через два часа. Я пришлю Розу, чтобы она помогла тебе собраться.
Я благодарен за то, что она по собственной воле согласилась составить мне компанию. Кейтлин будет первым гостем, которого я приведу на приём, но не будет первой, с кем я уйду. Чем больше помощи на благотворительные цели получают во время таких приёмов, тем легче найти женщину. Сейчас это почему-то кажется неуместным, даже несмотря на то, что происходило вечность назад.
Вечером жду её внизу, подтягивая бабочку, которая меня душит. Когда она появляется на лестнице, приходит уверенность, что до этого момента я никогда не чувствовал ничего подобного. Так долго наблюдал за ней, но по-настоящему увидел её только сейчас. Она совершенна и одета без единого намёка на невинность. Взрослая, поразительная и уверенная. Её красное платье насыщенно-кровавого цвета, и то, что она выбрала его, не ускользает от моего внимания. Оно напоминает мне всё ещё бьющееся сердце Ривьеры в моей руке и то, как его жизнь по капле стекала по моим пальцам. Я вырвал это сердце для неё и сделал бы это снова, если это стало бы гарантией её безопасности.
Оголённые плечи и грудь Кейтлин умоляют прикоснуться к ним, но я убираю руки в карманы. Грудь приподнята и выглядит полной. Я хочу скользнуть по ней членом и кончить на изящную тонкую шею. Пока она спускается по ступенькам, я выдыхаю весь воздух из лёгких и пытаюсь найти ракурс, с которого не будет видно её ножку в разрезе платья или то, как поднимается её грудь. Она божественно невероятна. Я думаю о том, что ничто не остановит меня в попытках добраться до неё, пока не встречаюсь с её стальными глазами.
— Кельвин?
Я медленно моргаю:
— Да?
Она стоит в футе от меня, голова наклонена к плечу.
— Ты собираешься просто смотреть на меня, или мы уже пойдём?
— Ты выглядишь…
Её щёки слегка розовеют, пока я пытаюсь найти правильное слово. «Прекрасно» даже рядом не описывает создание передо мной с собранными тёмными волосами и подведёнными чёрным карандашом глазами.
— Ты тоже выглядишь мило, — произносит Кейтлин. Наклоняется вперёд, и я уверен, что если она коснётся меня, то мой член сейчас разорвёт брюки, но её рука тянется за чем-то на столике позади меня. — Ты забыл очки.
