— Подожди, ведь ты тоже давно знаком с историей короля Ярина, — догадалась Доннола. Она подняла письмо Консеттины, словно обвинительный приговор. — Ты знал о статуях без голов в дворцовом саду? Конечно же, это не новость для такого безупречно собранного и осмотрительного человека, как лорд Коррадо Делказио.
— Я верил в свою дочь.
— Ты поддался жадности. — Доннола перебила его, не скрывая презрения. Она не испытывала желания унизить и без того подавленного несчастьем человека; следовало успокоить его и привести в чувство. В конце концов, Делказио едва не напоролся на отравленный кинжал Доннолы, а это не принесло бы ничего хорошего ни ей, ни ему.
— Госпожа, умоляю тебя! — произнес он, овладев собой, — и Доннола поздравила себя с победой. — Я не знаю, что мне еще делать. Консеттина уже не дитя, и она не какая–то слезливая дурочка. Но она плакала, когда писала это письмо.
— Скорее всего, это дождь, а может быть, брызги морской воды, которые попали на пергамент во время путешествия по морю.
— Но она пошла на такой риск, когда писала его…
Доннола кивнула в знак согласия.
— И все равно я не понимаю, чего ты хочешь от меня или от Морада Тополино. Мы торговцы, только и всего.
— Я хочу, чтобы вы убили его, — откровенно заявил лорд Делказио.
— Убили его? Кого? Короля Ярина? — усмехнулась она.
— Дедушка Периколо сделал бы это, и делал, много раз, — упрямо произнес лорд Делказио, не желая сдаваться. — Этот хафлинг знал, что такое справедливость, а разве то, о чем я тебя прошу, не справедливо?
— Периколо Тополино был богатым хафлингом, — заметила Доннола.
— Я заплачу тебе, сколько ты пожелаешь.
— Ты просишь меня убить короля. Наверное, на всем Фаэруне не найдется столько золота, чтобы ради него пойти на подобный риск.
— Ну что ж… тогда мне все равно, убьют его или нет, — пробормотал отчаявшийся человек. — Я ни в чем не виню короля Ярина.
Доннола постаралась скрыть ехидную усмешку, услышав это замечание. Этот человек, отец, готов был смириться с казнью ни в чем не повинной дочери? Последнее замечание лорда Делказио уничтожило сочувствие и симпатию, которую Доннола питала к нему, и таким образом лорд, сам того не зная, сильно повысил стоимость ее услуг.
— Просто спаси ее, и все, — умолял лорд Делказио.
Доннола долго смотрела на подавленного горем лорда, обдумывая свой план и взвешивая возможные последствия.
— Посмотрим, может быть, мне удастся что–то придумать, — кивнула она.
— Я щедро заплачу тебе! — выпалил лорд Делказио; при этом он испытал такое облегчение, что бросился к женщине, намереваясь заключить ее в объятия. — Сотню золотых слитков!
Доннола уклонилась от объятий и в мгновение ока очутилась у лорда за спиной.
— Ты доставишь в дом Морада Тополино тысячу слитков золота, — отчеканила она. Обескураженный лорд Делказио развернулся вслед за женщиной, и у него отвисла челюсть. — Кроме того, я желаю получить «Трубкозуб», — добавила Доннола, имея в виду лучшую каравеллу в Дельфантле, принадлежавшую лорду.
— Г-госпожа… — пролепетал он, вытаращив глаза.
— Вместе с экипажем, — продолжала Доннола. — В конце концов, ты просишь меня убить короля.
— Но…
— О, мне кое–что известно о Ярине Ледяная Мантия, лорд Делказио. — Доннола действительно знала подробности жизни всех аристократов восточного и северного побережья Моря Падающих Звезд. — Я знала о нем все уже тогда, когда ты отдавал ему свою прекрасную дочь, глупец.
— Я… я верил в нее, — пробормотал лорд.
— Так говорили и другие отцы до тебя, — бросила Доннола. — Уверена, твоя дочь вполне в состоянии родить ребенка. Ты думаешь, это имеет сейчас значение?
Уничтоженный лорд Делказио понурился.
— Итак, мы договорились? — нажимала Доннола. Тысяча золотых слитков и «Трубкозуб».
— Ты сможешь увезти ее из Дамары? Ты сможешь доставить домой мою прекрасную Конси?
— Если не выйдет, то я найду мужчину, который сделает ей ребенка, — пообещала Доннола. — Королю Ярину ничего не останется, кроме как признать этого ребенка своим, он осыплет ее подарками, а твои страхи улягутся. В этом случае пятьсот золотых слитков и корабль.
У лорда Делказио загорелись глаза, и Донноле захотелось пырнуть его кинжалом. Судя по всему, он решил, что последний вариант предпочтительнее, потому что это будет дешевле и позволит ему извлечь дальнейшую выгоду из брака дочери.
— По рукам, лорд Делказио? — резко спросила она.
Он кивнул, и Доннола вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Она шла по коридору, и в мыслях ее царила неразбериха. Она пыталась понять, как действовать дальше. Несмотря на свои угрозы и холодное обращение с лордом Делказио, Доннола хотела чем–нибудь помочь госпоже Консеттине. Она лично знала дочь лорда Делказио, познакомилась с ней в юности в местном высшем обществе, когда Дедушка Периколо ввел Доннолу в круг лордов и леди Дельфантла в качестве представительницы Морада Тополино.
