— Ладно. Я — Персиваль Бардзини Штекер, дроид армии автономной планеты Ллорн внешнего кольца безымянного сектора, серия производства Герц-91, тестовый позывной — Изделие 202, комплектация Самотворчество. — вывалил сильно упрощенные личные характеристики Персиваль. — Собирался на Секретном Военном Заводе номер 42, предназначенным для выпуска экспериментальных моделей дроидов для возможного противостояния флотам Конфедерации, Республики, а впоследствии — и Империи. — Кот вылупился на него как баран на покрашенные ворота*. — Состоял в космическом флоте экспроприации. При уничтожении флота, принятого за пиратский, космическим флотом Имперских войск вылетел из взорвавшегося Аккламатора, отправившись с постоянной скоростью, замерить которую не представлялось возможным. Далее, через энное количество циклов, подсчитать которые не представляется возможным по причине сбоя в расчете календарных циклов, я приблизился к этой планете. Упал. Тут встретил этих двух. Этого тебе достаточно?
— Российская Федерация. — решился я. — Знаешь такое государство?
— Нет. — ответил кот. — Но название есть похожее.
— СССР. - сделал вторую попытку я.
— Кто был основателем коммунизма? — быстро спросил котяра.
— Владимир Ильич Ульянов-Ленин, лежащий нынче в мавзолее на Красной Площади. — ответил я.
— Землянин! — обрадованно заорал кот. — Но… Что за Российская Федерация?
— После развала Советского Союза возникла Российская Федерация, на месте РСФСР. - ответил я.
— А ты переместился в каком году? — нахмурившись, спросил кот.
— 20__. - ответил я**.
— Охренеть! — поразился кот. — Я в 198_.** Что там потомки сделали?
— Союз развалили, перестали посылать к Луне пилотируемые ракеты, роботов придумали… В общем, долго объяснять. — махнул я манипулятором.
— Развалили? — отпала челюсть у кота. — А, впрочем, это было закономерно. Союз слишком походил на утопию, люди бли к такому равенству не готовы, а без грамотных руководителей он мог сломаться под напором злостных буржуев-капиталистов.
Вот ведь завернул, пропагандист хренов!
— А куда вы направляетесь? — начал расспрашивать Горн Павел Григорьевич.
— На Джадам, там нашей помощи запросили военные силы милитаризированной республики Ковенант.
— Значит, все же ковенантские. — задумчиво сказал Павел. — И что всех туда тянет?.. А кто с вами на контакт выходил?
— Арнольд Черный.
— А, этот? — махнул хвостом кот. — По-моему, если он вас завербовал, то вы довольно глупы. Без обид, земляк, но это правда, потому что Ара туп как пробка. Я знаком с ним. Принимал как-то его сигнал. На усы, вообрази? Попов*** от такого в гробу перевернется.
— Нет, просто мы согласились сами. — ответил Штекер.
— Ну, как хотите. Все же я имею намерение отправляться с вами, ибо еще один такой переселенец, как я, к тому же еще из будущего, внушает определенный интерес. И его рассказы тоже…
Тут я все же допер до смысла его слов.
— В смысле принял на усы? — поразился я. — Как такое возможно?
— Как-то возможно. — пожал Павел лапами. — Магия. Или же особенность строения усов данного вида котов. Ты их анализировал, что ли? Самое главное, что факт имеет место быть. Я к тому же передавал ему сигнал, но это чистая магия. Тут уж точно, я сам создавал этой магией нужные колебания.
— То есть, ты маг? — спросил его я, уже задумывая проведение опыта по употреблению того самого божественного концентрата.
— Слишком слабый.
На этом разговор окончился, и Штекер выбрался из леса. Я залез ему на крышу, Джонс поднялся в воздух, а кот начал готовиться к пробежке. Я приподнял бы бровь, если б она у меня была, глядя на такую самоуверенную попытку обогнать автомобиль.
Но вот Штекер тронулся с места, попутно разворачивая пулеметные башни в боевую готовность, и Павел Горн без затруднений побежал рядом. Скорость была десять километров в час. Поглядывая на кота, Штекер начал увеличивать скорость. На двадцати пяти его движения утратили ленцу, стало видно, что это его обычная скорость бега. Да уж, вот это скоростной кот… Когда-то у меня в детстве тоже был кот… Вернее, кошка. Так вот, я интересовался ее скоростью и выяснил, что максимально домашний кот может выжать из себя до тридцати километров в час. А еще я смотрел, что у котов сердце не приспособлено к длительному быстрому бегу, и потому долго бежать они не будут.
— Еще быстрее! — пробормотал с азартом Штекер и ускорился. Теперь его скорость составляла пятьдесят километров в час.
И что же? Павел Горн держался наравне, хоть было видно, что это для него не совсем обычная нагрузка. Но вот гонка закончилась по объективным причинам — вдали снова замаячил гарнизон… И все еще идет ливень. Черт возьми, это начинает надоедать.
На этот раз мы смогли рассмотреть гарнизон получше. Вот именно таким я занес его в тот самый всесимулятор, использующийся мной, как вы помните, как карта. И вот что за напасть — над гарнизоном кружили уже девять грифонов!
— Ммм, курочка… — облизнулся кот. — Когда прорвемся, прихвачу, пожалуй, ножку. Или крылышко… Крылышко или ножку? Хмм…
— Так, всех на стенах валим? — спросил я.