Я, Геракл, теперь могу жить, как любой смертный! Могу жениться, дружить с кем захочу, заводить детей! Ну ладно, детей не могу, я всё-таки призрак, хоть и материализованный, моя сперма слишком отличается от семени смертных мужчин. Зато приёмных — могу! Я могу пировать на праздниках среди тысяч гостей, я могу участвовать в любых играх и состязаниях, я могу приглашать к себе в дом мудрецов и поэтов… да я, Аид меня забери, могу всё! Всё, что может любой нормальный человек, но чего я, сын Зевса, был лишён!
Да я готов расцеловать свой прекрасный, замечательный Щит, лучшее Легендарное Оружие в этом мире! Первый бог на моей памяти, который платит за жертвы чем-то дельным!
Ладно, ладно, не будем впадать в излишнюю самонадеянность. Даже с урезанной Атакой я всё ещё могу навредить, даже случайно. Участь этого шарика — подтверждение. Если я в безумии брошу кого-то в огонь, как сделал с детьми от Мегары, или в пропасть, как случилось с несчастным Лихасом, или обрушу крышу на головы себе и другим, как сделал Самсон — их кровь всё ещё будет на моих руках, пусть даже Система её и не засчитает. Так что полностью утрачивать осторожность не стоит — всё ещё нужно отслеживать опасные места и предметы вокруг себя. Но уж с этим я справлюсь. Я теперь со всем справлюсь!
Андрей Миронов, «Песня Остапа Бендера»
Мультфильм «По следам бременских музыкантов», Песня короля и придворных
Лансер, Герой Копья:
— Господин Герой, какие будут ваши приказы на первый день? — спросила меня одна из спутниц в рыцарском облачении.
— Да, расскажите нам, как мы должны действовать? — усердно строя заинтересованное личико, протянула вторая, магичка.
— Ничего сложного. Я двигаюсь вперёд по прямой линии, уничтожая всех монстров, которые могут представлять для вас опасность. Вы следуете за мной, добивая тех, кого я вам оставлю.
— И собирая их остатки? — уточнила ещё одна девушка, авантюристка. — Они ведь могут быть ценными ингредиентами…
— Нет, это слишком вас задержало бы, вы бы за мной не успевали. Сначала все движемся вперёд, уничтожая монстров, потом возвращаемся тем же путём, собирая их тела и всё, что нашли.
— Господин Герой, вы не должны утруждать себя такой низменной работой, как сбор ингредиентов! Оставьте это нам! Или вы боитесь, что кто-то из нас будет воровать часть трофеев?
— Нет, как раз этого я меньше всего боюсь, хотя заниматься воровством никому просто не советую. Хотя… каждая из вас может сделать одну попытку что-то присвоить в обход обычного процесса делёжки трофеев. За это я не буду наказывать, считайте это просто проверкой моего внимания и рефлексов. Я за вами наблюдаю постоянно, даже если будет казаться, что я поглощён чем-то другим. Одна попытка, чтобы вы могли в этом убедиться и больше не делать глупостей. Но если кто-то из вас будет поймана на второй попытке — тогда никаких вторых шансов, мгновенный вылет из команды без возможности возвращения. Всё понятно?
— Э…
— Да…
— Хорошо, Господин Герой…
— Но нам и в голову не приходило вас проверять…
— Как знаете. Я вас не буду осуждать, если попытаетесь. Многому из того, что я говорю, будет нелегко поверить. А сейчас оружие наизготовку. На счёт три начинаем. Раз, два… три.
Начинаю работу. Романтики или искусства в ней не больше, чем в обычной жатве. Даже несмотря на то, что я использую базовую форму Копья, а не Га Болг. Даже несмотря на то, что стараюсь двигаться нарочито медленно, чтобы спутники могли за мной уследить. Ни у одной здешней тварюшки нет ни малейшего шанса. Я их просто выкашиваю, как сено. Глаза спутников изумлённо приоткрываются — они ещё и в бой не вступили, а я уже ушёл вперёд на добрых пятнадцать метров, зачистив всё по пути. Ну почти всё — где-то две трети шариков и грибов, как и обещал, я им оставил. Тех, у которых более низкий уровень и/или низкая Атака.
Это настолько успокаивающее, рутинное, медитативное занятие, что в процессе я могу, как и обещал, следить за всеми девушками, ну и заодно — размышлять о местной магии, что с ней можно делать и что нельзя.
