Скажу честно, это было очень и очень тяжело. Не сама боль — приходилось мне выносить в жизни и похуже. А терпеть эту боль пассивно, не пытаясь разломать проклятую Перчатку и размозжить голову садисту-жрецу, проводившему ритуал. Ну, положим, от второго меня бы уберёг Щит, хотя сама попытка была бы достаточно позорна. А вот первое — запросто, она же для меня все равно что из папируса сделана.
К счастью, был у меня один опыт такого пассивного мучения — в самом конце смертной жизни, когда я на костре себя сжёг. Мог же я разметать его по брёвнышку? Мог. Хотя боль от огня почти не ощущалась на фоне мучений от яда Гидры, но всё-таки это было испытание того же рода.
Правда, ругался я при этом совсем не олимпийскими выражениями. Хорошо ещё, что ни одного аэда рядом не оказалось, записать всё, что я пожелал в сердцах папе Зевсу, мачехе Гере и всем, кто вспомнился и попал под горячую руку. Даже странно, как меня после этого в сонм олимпийцев приняли… Боги — они злопамятные. Потому и считаю, что это более поздняя часть легенды, прилипшая ко мне уже в Троне Героев.
Вот и сейчас гордо промолчать не вышло. Выражался, как старый раб-грузчик, рычал так, что зверолюди от зависти умирали… Но условиями испытания это не запрещено, тем более, что ругался я на древнегреческом, предусмотрительно отключив автоматический перевод Оружия. А руку в Перчатке удержал до полного раздавливания мягких тканей в кашу. Дробить мне кости жрец всё же не решился, объявив, что дух Героя достаточно крепок.
Испытание на чистоту помыслов считалось самым простым — если, конечно, кандидату нечего скрывать. Это был обычный допрос под печатью на предмет прошлого и намерений потенциального паладина. В основном вопросы были связаны с его лояльностью Церкви, во вторую очередь — всей расе зверолюдей, и в третью — конкретно Силтвельту. Что мне понравилось — фанатичной преданности от кандидата не требовалось, достаточно было доказать отсутствие враждебности и замыслов предательства.
Вот только здесь возникла та же сложность, что и на втором испытании — на Героя печать наложить нельзя! Посовещавшись, высшие иерархи решили, что мне достаточно доказать, что я истинный Герой Щита, а не самозванец — Герой не должен быть лоялен своей Церкви, это его Церковь должна быть лояльна ему! Требовать обратного означало бы запрягать телегу впереди лошади.
— Хм, и как же это можно доказать? Разве то, что я ношу Щит, не делает меня Героем по определению?
— Увы, нет. История знает примеры как использования фальшивых Оружий, так и захвата истинных Оружий ложными Героями при помощи дьявольского чернокнижия. Из официальных летописей все упоминания о том и другом стёрты, однако все Церкви помнят. Вам нужно доказать, что ваш Щит настоящий, а не реплика, и что он находится с вами по собственной воле.
— Так вот откуда пошли все эти сплетни о самозванцах! Что ж, если у вас есть средство их разоблачить, я только рад буду закрыть эту тему перед Джаралисом и остальными.
— Нет, — печально покачал головой старый черепах. — Закрыть вы ничего не сможете. Как результат испытания, так и сам факт его прохождения должны остаться в стенах Церкви. Даже если вы окажетесь самозванцем, то сана не получите, но и только. Ни парламент, ни народ ничего не узнают.
— Но убить меня вы в этом случае всё равно попытаетесь, — понял я.
— Разумеется, в этом часть нашего служения. Но тихо, без скандала. И от вас мы ждём того же.
— Принято. Давайте вашу проверку…
Простейший способ отличить реплику Оружия от оригинала — провести над ней ритуал, взрывающий любые магические артефакты. Способности копий могут точно воспроизводить Оружия, но работают они на энергии Маны, а не Духа.
Увы, от этой чести мне пришлось отказаться, поскольку моё собственное тело, тело Слуги, состояло из Эфира, то есть было по сути одним большим магическим артефактом. А в способности местных колдунов направить ритуал чётко на Щит, не задев носителя, я обосновано сомневался. Жрецы это проверили и неохотно согласились, что я слишком необычный Герой. Но тем не менее, подлинным всё ещё могу оказаться.
— Вы когда-нибудь практиковали святую магию в какой бы то ни было форме? — уточнил черепах.
— Да, когда с меня снимали проклятия в Церкви Четырёх…
— Я не об этом. Что применяли НА ВАС — тут не важно. Вы сами творили такие заклинания или ритуалы?
— Нет, ни разу.
— Хорошо. Все реплики Оружий работают на святой магии. Мы попытаемся провести небольшой ритуал освящения, используя ваш Щит как источник. С репликой это сработает, с настоящим Священным Щитом — нет.
— А в чём подвох? Почему было не начать с этого простого способа проверки вместо того, чтобы предлагать меня взорвать?
И без того морщинистая морда рептилоида сморщилась ещё больше.
— Потому что проводить ритуал освящения в надежде на то, что он не удастся — оскорбление Бога, святотатство, хоть и малое.
— Это если освящения. Но ведь есть и атакующие заклинания и ритуалы?
— Есть! — оживился жрец. — Но на кого их направить?
