— Это верно. Что ж, ведите меня к заказчику…
— Не так быстро, господин Герой. Прежде, чем вас увидит заказчик, с вами хочет поговорить адмирал Весельчак.
Барьер был невидим и неощутим для тех, кто обладал факелом. Только по навигационным приборам можно было определить, что судно уже пересекло черту. Вокруг сияло на волнах солнце, на небе не было ни облачка, и только я, благодаря своей природе Слуги, ощутил, как тело едва не рассекло пополам, когда часть его оказалась в реальности Кутенро, а другая — всё ещё оставалась в
реальности остального мира. Я «попробовал на вкус» природу этого Замкнутого Барьера и зауважал Аквадракона ещё больше. Он меня тоже «попробовал». Создатель барьера мгновенно узнал обо мне, о том, что я собой представляю, что могу и где нахожусь. Как и об остальных людях и нелюдях на корабле. Оставалось надеяться, что прибытие в Кутенро Героического Духа само по себе не нарушает его планов и не является поводом немедленно нас уничтожить. А то ведь он мог бы.
Примерно через час после пересечения барьера наш маленький корабль окружило около сотни джонок, на парусах которых красовался «Весёлый Роджер». Такое сочетание восточной и западной стилистики едва не заставило меня рассмеяться вслух. Я, конечно, многое пропустил в земной истории, но даже мне известно, что «Роджера» никогда не рисовали на парусах. Его изображали на ФЛАГЕ — маленьком полотнище на верхушке мачты. Паруса вообще редко красили — это дорого, а рисунок, постоянно бомбардируемый солёным ветром, долго не продержится. И уж точно на такой выпендрёж не было средств у пиратов. Не говоря уж о том, что флаг можно быстро поднять и опустить, переквалифицировавшись из пирата в честного торговца — или в обратную сторону. С парусом это так легко не проделаешь. Но в этом мире расцветка парусов дёшево и быстро менялась с помощью магии, на них можно было спроецировать любой рисунок, и износу он не подлежал — так что земная традиция перекочевала вот в таком виде.
Я выделил три типа кораблей — одномачтовые, трёхмачтовые и пятимачтовые. Одномачтовые были размером с «Крольчиху» и имели схожий экипаж — тридцать плюс-минус пять человек. Трёхмачтовые уже были заметно больше и несли 100–120 пиратов. Ну а пятимачтовые… Ооо, это были настоящие лайнеры, длиной в добрых три форраха и с экипажем в районе тысячи.
Как объяснил мне Гин, основой флота были именно трёхмачтовые. Отличаясь высокой мореходностью и автономностью, они могли месяцами крейсировать вдоль барьера, выискивая добычу. На них было мало абордажников, зато много профессиональных моряков.
Обнаружив кораблик, который стоило пощипать или потопить, трёхмачтовый редко атаковал его сам. Ну разве что когда реального боя не ожидалось, достаточно было пугнуть репутацией. Вместо этого капитан давал сигнал в Кутенро и по следу, как собаки, устремлялись одномачтовые — рассчитанные всего на несколько дней плавания, зато несущие на борту множество злых и голодных самураев, готовых за миску риса мать родную прирезать.
Что же касается величественных пятимачтовых, то они делились (не по конструкции, которая была у всех одинакова, а по способу употребления) на две группы. Первая, большая, основную часть времени простаивала в портах под навесами. Собирались они у дорогу, только когда разведка сообщала, что кто-то вывел в море достаточно большой и дорогой флот. Либо торговый, груз и пассажиров которого иначе не вывезти, либо военный, с которым иначе не справиться.
Сам по себе размер корабля в этом мире не означал какой-то повышенной живучести или огневой мощи. Даже самые большие посудины оставались всего лишь большими транспортами. И если на них ехали гражданские лица, пустить их ко дну не составляло ни малейшего труда. Если вместо них были десантники, приученные к индивидуальному бою — тоже. Это был просто способ утопить или сжечь за один раз очень много солдат.
Совсем другое дело, когда палубы и трюмы заполняли сработанные команды боевых магов, знающих толк в групповых заклинаниях и ритуалах. Вот тогда просто большое корыто превращалось в почти неуязвимый и крайне опасный линкор.
Поэтому комплектация экипажа пятимачтовиков производилась под конкретную задачу в порту непосредственно перед выходом в море. Формально они пиратам вообще не принадлежали. Вако брали их в аренду у совершенно легальных купцов. Брали как мирные транспортники, которыми они по сути и являлись. А кого в них сажают, да куда на них ходят, да почему возвращаются с трюмами, полными сокровищ и рабов — это честных судовладельцев Кутенро не интересовало. Если, конечно, они не были в доле.
Но был и другой вариант использования пятимачтовых кораблей. Самые влиятельные капитаны, под началом которых работало не менее двух дивизий вако, держали на таких кораблях флаг. И уж конечно, то же самое делал и пиратский адмирал.
