— А это не мы, — пожала изящными плечиками Рафталия. — Это леди Фитория. Она с самого начала решила послинов сохранить и вписать их в экосистему континента, чтобы как-то компенсировать плодовитость филориалов. Но послины с Волны оказались чересчур злобными и не успевали дожить до откладывания яиц. Вот она и обратилась к нам — чтобы мы отловили нескольких оставшихся, приручили и перевели на искусственное разведение, пока их не станет хотя бы полтора миллиона. Это оказалось немного сложнее, чем ухаживать за монстрами в деревне, но не так сложно, чтобы мы не справились.
Хм… такое ощущение, что Волна изначально создала послинов именно как экологических, а не военных, соперников для филориалов. И те и другие — всеядные, почти неуязвимые к ядам, быстро созревающие монстры с генетической памятью. Правда, если так, то задача выполнена лишь частично. Послин способен держать оружие через полгода после того, как вылупится, а полной зрелости достигает через два года. Филориал достигает полной зрелости — и силовой, и половой, и интеллектуальной — через месяц после вылупления. По физической силе и выносливости те и другие тоже примерно равны. Вот разве что использование орудий может уравнять шансы… но дикое стадо индустрию на пустом месте не выстроит. Даже если точно знает, как — им просто не с чего начать. Послины, как и люди времён пятой Войны Грааля, делают инструменты при помощи других инструментов. Построить звездолёт из камней и палок они не смогут. Понятно! Именно для этого Фитория и назначила юных зверолюдей их опекунами — чтобы человеческими руками и магией пройти самую уязвимую, пред-индустриальную стадию, и не быть съеденными толпой голодных филориалов. Когда они начнут что-то строить сами, то и отбиваться начнут сами.
Правда, два всеядных вида монстров на одном континенте — это ещё хуже, чем один. Это вдвое больше шансов превратить земли в пустыню. Как Фитория намерена обеспечить, чтобы друг друга они ели чаще, чем всех вокруг?
— А сама она здесь?
— Здесь — в смысле на континенте. Но возле деревни её нет, наверное ушла в какой-то другой регион.
Ясно, значит, надо не забыть спросить у неё об этом, когда на следующей Волне увидимся…
Поначалу с лопатой приходилось возиться долго, но потом я открыл Редкоземельный Щит, позволяющий выделять соответствующие металлы ещё до начала крафта, а также Лантаноидный Щит, позволяющий создавать произвольные химические соединения с металлами этой группы — и дело пошло на лад. Через три часа Щит просигналил о завершении крафта воздушной колесницы Бого-короля. Вот только опробовать её у меня не получилось — «блюдце» оказалось незаряженным. Топливом для него должна была служить некая «антиматерия». Антиматерию я тоже мог крафтить, потому что знал, как её делают послины, но сырьём для неё служила энергия… много, много энергии. Колесница взлетит, когда в её хранилище будет хотя бы одна пятисотая грамма. Что эквивалентно примерно двенадцати тоннам лучших сожжённых дров, или… ударам трёхсот шестидесяти средних молний.
Последнее, учитывая наличие в деревне Ньяла Зовущего Бурю с личным магическим хором, организовать совсем нетрудно. А учитывая наличие у меня Щита Громовержца — нетрудно их также поймать и превратить в полезную работу. Главное встать на возвышенность и разогнать любопытных малышей, чтобы кого ещё разрядом не зацепило…
Корней Чуковский, «Бармалей»
Мюзикл «Леонардо», «Прости мои ошибки»
Лансер, Герой Копья:
Я ожидал, что Силдина попытается вновь поглотить меня сразу после разделения, но всё прошло на удивление спокойно. Видимо, быть доспехами Альтера ей понравилось не больше, чем мне — самим Альтером. Не стоит забывать, что хотя трупов в её рабочей биографии ненамного меньше, чем в моей, и многие умерли весьма неприятной смертью, внутри она всё ещё остаётся десятилетней девочкой, которой позарез нужно внимание. Ярость и социопатия Берсеркера — не то, что можно пережить легко в её возрасте.
— Ты собираешься повторить это, — сказала она, глядя в стену перед собой, когда я уже выходил из камеры. Она не спрашивала, просто констатировала факт. В вопросах не было нужды после того, как мы побывали единым целым.
