— Кейн наводил обо мне справки?
— Конечно. После тех злополучных съемок. Он узнал, что ты недавно лишилась матери. Несчастный случай с лодкой, да? Как ты справляешься с этим, бедняжка? Ты в порядке? Должно быть, очень трудно смириться с ее утратой, особенно сейчас, когда ты имеешь дело с Кейном.
Неожиданно все внутри меня отозвалось на такое искреннее сочувствие со стороны миссис Флэнаган. Она действительно беспокоилась обо мне. Клянусь, до этого момента я даже не осознавала, насколько нуждаюсь в поддержке и заботе.
— Знаете, мне совсем не с кем поговорить об этом, потому что никто не знает правду о моем отце. В курсе только дедушка, но он редко затрагивает эту тему, наверное, просто не хочет ворошить прошлое.
Миссис Флэнаган крепче сжала мою руку.
— Я знаю правду о твоем отце, можешь поговорить со мной.
Я с благодарностью улыбнулась и положила ладонь поверх ее руки.
— Спасибо вам, миссис Флэнаган.
— Думаю, — начала я, глубоко вздохнув, — с моей стороны неправильно обижаться на маму. — И я рассказала ей о том, как в детстве боготворила отца, и как всеми силами пыталась сохранить его образ героя, а когда силы кончились, то просто притворялась. — Его признание как гром среди ясного неба. Это случилось на день Благодарения. Я на праздники приехала домой из колледжа. Он усадил нас за стол и, рыдая, рассказал о смерти матери Кейна. Вслед за этим я узнала, что являюсь незаконнорожденной, а у отца есть жена и сын, о существовании которых я даже не подозревала. Оказалось, что мама для него запасной вариант, и как только его выгнал собственный отец, он, как ни в чем не бывало, прибежал к ней. Он поступил так мерзко, и мне стало стыдно за него. Но мама промолчала. Конечно, она знала о его семье, но понятия не имела об интрижке с матерью Кейна и о том, чем она закончилась. Вряд ли она догадывалась, почему на самом деле отец к ней вернулся. Мама была потрясена, и я надеялась, что это заставит ее открыть глаза и, наконец, понять, что он за человек. Она посвятила ему всю жизнь, отдавая себя без остатка, и не получила взамен ровным счетом ничего. Я больше не могла закрывать на это глаза. Спустя какое-то время я поняла, что хоть он и признал свою вину, но так и не раскаялся до конца. Заявив, что не прощу его, я вернулась в колледж. А мама… приняла его обратно, — я молча опустила взгляд, чувствуя, как текут слезы и от знакомой боли сжимается сердце. — Она выбрала его, а не меня. Разлад в нашей семье произошел по моей вине. За последние несколько лет мы с мамой виделись всего пару раз, между нами выросла непреодолимая стена непонимания, — я вытерла слезы, стекающие по щекам. — Однажды она вышла в море на лодке своего друга, начался шторм, и ее выбросило за борт. Когда тело мамы нашли, было уже слишком поздно — она умерла. Ее не стало, а мы так и не смогли простить друг друга. Эта мысль гнетет меня до сих пор.
— Ох, девочка моя, — вздохнула миссис Флэнаган, — мне так жаль.
— Я... часто вспоминаю детские годы, когда мы с мамой жили вдвоем. Она была всем для меня. Я никого не любила так, как ее, а сейчас… во мне не осталось ничего кроме обиды и злости. Думаю, отправившись на ту съемку пару недель назад, мне представился шанс отключиться от переживаний и окунуться в работу, но как только увидела Кейна, чувства вновь захватили меня, и я ощутила небывалую вспышку гнева по отношению к матери. Знаете, я тогда не на шутку испугалась, что смирение и прощение так никогда и не придут.
Не говоря ни слова, миссис Флэнаган поднялась с места, подошла ко мне и крепко прижала к себе. Впервые после смерти мамы я почувствовала себя кому-то нужной.
После двух чашек чая и горы использованных бумажных салфеток я с благодарностью улыбнулась миссис Флэнаган.
— Это прозвучит странно, но я благодарна вам.
— За что, милая?
— За то, что выслушали, — пожала я плечами. — Выплеснув все зло, что годами копилось внутри, я наконец-то почувствовала облегчение. Однажды пыталась поговорить об этом с дедушкой, но он стал сам не свой и кроме имени Кейна я от него так ничего и не добилась.
— Мне очень жаль, что тебе не с кем было поделиться все это время, — произнесла миссис Флэнаган в свойственной ей эмоциональной манере. — Запомни, ты можешь в любое время прийти ко мне. Ведь каждому человеку нужна поддержка и плечо, на которое он сможет опереться.
— Это правда. Я рада, что у Кейна есть вы.
Она с любопытством посмотрела на меня.
— Ты действительно хочешь, чтобы он был счастлив, не так ли?
То, как она задала вопрос, заставило меня насторожиться, словно от ответа зависело гораздо больше, чем я понимала. Однако я все же кивнула.
— Здорово. Надеюсь, вдвоем-то мы решим эту проблему. — Она взглянула на часы. — Ох, нам уже давно пора обедать. Я знаю номерок одного китайского ресторанчика с доставкой. Присоединишься? У меня есть бутылка вина.
— С удовольствием, — рассмеялась я.
— Вот и прекрасно!
Она поднялась.
— Ах да. Алекса?
— Да.
— При мне можешь злиться на мать сколько угодно!
