— Да бросьте вы! Логика, правда… Что вы знаете, в ваши-то тридцать… — На мгновение прорвавшиеся сквозь завесу беспристрастности чувства заставили лицо наставника исказиться. Глаза у него заблестели, дыхание сделалось прерывистым, частым. — Что знаете вы о годах… Нет — о десятилетиях ожидания! Безнадежного ожидания того, что давно уж заслуживаешь по праву. — В глазах у него промелькнуло отчаяние, он судорожно вздохнул, но, впрочем, тут же взял себя в руки. Миг откровения прошел. Минутный всплеск чувств вновь сменился знакомой Крису холодной отстраненностью статуи. — Что же, Крис. Ты все слышал. И, судя по всему, сделал выводы. В любом случае решение принимать тебе. Запомни, — лицо наставника заволокли тучи, в глубине глаз сверкнули молнии, — не только твое будущее поставлено сейчас на карту.
Обратив кольцо в палочку, мистер Уоррен стремительно шагнул к Арту.
Крис отпрянул. Лицо его побледнело.
— Выбирай, Кристофер, — остановился наставник. — Выбирай — и помни о последствиях своего решения.
Крис закусил губу. Смятение в его глазах сменилось решительностью.
— Хорошо, сэр, — отрывисто кивнул он.
Дух Хаоса парил в облаках.
Свободен! Свободен! Не скован ничем, кроме разве что рамок желания мальчишки.
Шалости. Мелкие шалости. Нет, ну это же надо такое удумать. Призвать духа Хаоса — для такой ерунды! Оторвать от приятного сна его, Лихо, затем только, чтобы «немножечко пошалить»!
Дух презрительно фыркнул.
Нет, конечно же, он и из этого в силах извлечь немало способов развеять скуку.
Да вот, к примеру, как славно развлекся он нынче на именовавшейся так же, как в прежние времена, Ратушной, главной городской площади.
Все эти достопочтенные леди и джентльмены, съезжавшиеся на прием к лорду-мэру… Причем разодетые в пух и прах, тьфу! Разогнать это сборище задранных друг перед другом носов было истинным удовольствием.
Или — как миленько оживил он одну из дававшихся там же для увеселения публики постановок. Ребятки, наверное, не ожидали, что на призыв Духа Грома и Бурь откликнется кто-то еще, окромя лицедея в сандалиях и идиотской хламиде…
А уж подвернувшаяся возможность свалить статую Альберта Справедливого… Ах, ну разве Малавиус мог упустить такой шанс!
Альберт Справедливый… Ага. Справедливый он, как же. Великий основатель Уэстборна, ха! А кто этот город построил? Во всяком случае — кто в поте… ну, в поте — не в поте, лица — не лица… но тем не менее кто изо всех сил старался, три дня и три ночи мостил улицы? Причем как мостил! На века. Кто — вот скажите мне, кто — за одну ночь, заметьте, отстроил подлинное произведение искусства — Уинтербридж, украшенный одними из прекраснейших статуй во всем Королевстве? Ну, угадайте с трех раз.
И ни слова благодарности! А ведь он вкалывал не по профилю. Его стихия — разрушения, смута. А вовсе не созидание. Хотя, конечно, любой уважающий себя дух имеет определенные навыки не только в том, «как разрушить город», но и «как построить дворец» — и тем не менее. Ни тебе памятной доски с надписью «этот мост воздвиг могучий Малавиус», ни — «благодарствую, о великий и ужасный дух Хаоса, что снизошел до несвойственной тебе работы», ни хотя бы простого «спасибо». Вообще ничего! Даже на первом в истории Уэстборна Дне Основания города не дали поприсутствовать, нет. Отослали заранее. Словно хозяин — собаку. Принесла тапки, газету? Свободна. Все. Можешь идти на свой коврик и спать.
Ну вот он и заснул.
Только не позабыл.
Духи ходят по разным дорогам со смертью. И у них очень долгая память…
О да, способы разогнать скуку были.
И тем не менее.
Дунув на пролетавшую мимо пичугу, отчего та раз пять, отчаянно ругаясь на птичьем, перекувыркнулась в воздухе, прежде чем вновь отыскала подходящий воздушный поток, дух издал довольный смешок и уже было собрался вновь повернуть к павильонам, в которых наверняка было еще немало возможностей поразвлечься, как вдруг резко остановился.
На секунду-другую он замер, словно прислушиваясь чему-то, не слышному остальным. Затем все существо его наполнило ликование.
Третье желание. Мальчишка собрался загадывать третье желание! Последнее, согласно условию заклинания. После чего можно будет отдохнуть. Последний сон был весьма увлекательным. Было бы крупной удачей, если бы получилось ухватить ту же грезу за хвост, когда она будет пробегать мимо.
Развернувшись над полной испуганных людей улицей, дух устремился туда, откуда услышал призыв.
— Ты посмел обмануть меня, Кристофер. Ты не вызвал его.
В глазах мистера Уоррена полыхнул гнев, нацеленная в грудь мистеру Синклеру рука с палочкой дрогнула.
— Нет, сэр. Я вызвал, клянусь, — поспешно ответил Крис.
— Вызвал? Тогда где же он? — не сводя с мистера Синклера глаз, прохладно осведомился наставник.
— Я не знаю, сэр. Честное слово, не знаю. Но я звал его, правда, сэр. Лихо! Ну, Лихо! Малавиус!
«Где ж ты, когда по-настоящему нужен?» — обреченно подумал он.
— ЗДЕСЬ.
В комнате словно гром прогремел. Крис, даром что был знаком с духом и видел, на что тот способен, дернулся от испуга. Даже мистер Синклер с наставником побледнели: слегка, чуть заметно.
