Она посмотрела на меня так, будто была готова разреветься в любой момент.
– Не здесь, – нахмурился я и, взяв её за руку, практически потащил обратно в здание.
Когда мы вошли в комнату, я создал полог тишины от гоблина за дверью, после чего прижал к себе хныкающую девочку. Она тут же взревела громче, я же принялся гладить её по голове.
– Ты ни в чём не виновата, ты просто не знала, – утешал я ей. – Потому я хочу, чтобы ты работала с ящерами, они самые покладистые, их не надо бить. И чтобы не случилось, если тебе это не нравится, ты всегда можешь всё рассказать мне. Я сделаю что угодно, чтобы твоя жизнь стала лучше. Нам и так предстоит трудный путь, но я всегда на твоей стороне, помни это.
Она кивнула и через время начала успокаиваться.
– Это всего лишь монстры, – сказал я смотря ей в глаза и удерживая подбородок пальцами. – Что бы они не делали, чтобы не говорили, это глупые твари. Они не разумные, сходство с теми же людьми весьма поверхностно, не забывай это. И никогда не плачь в их присутствии, не показывай своих слабостей. Ведь ты их командир, ты должна быть сильной.
Розалия вытерла слёзы рукавом своей рубашки и, сделав серьёзное выражение лица, кивнула.
Легкий ветерок обдувал мне лицо, пока я сидя по-турецки и положив ладони на колени смотрел на голограмму огромной луны в ночном беззвездном небе. Я пришёл раньше назначенного времени чтобы немного посидеть в тишине.
– Папа, что-то случилось? – услышал я тихий голос немного в стороне.
– Скажи, я плохой человек?
Я сказал это не отрывая взгляда от луны, так как не хотел смотреть её появление издалека.
– Почему ты спрашиваешь?
В её голосе слышались нотки удивления.
– По сути я извращаю информацию для Розалии, пытаюсь её запутать. Она пойдёт против всех своих прежних идеалов из-за меня.
– Но разве она не такой же инструмент, как и я?
Я обернулся на стоящую метрах в трёх девушку. В окружающей темноте она слегка фосфоресцировала красно-оранжевым светом, походя на призрака. Лицо её между тем не выражало ничего, глупо искать проявление мимической активности у энергетической формы жизни. Все её улыбки и вскидывания бровей лишь сознательная имитация эмоций на манер разумных видов.
– Возможно, – сказал я наконец. – Но это не значит, что вы мне не дороги. Ради тебя и Розалии я готов на многое, наверное.
Я вновь отвернулся и посмотрел на луну, после чего продолжил:
– Не знаю, мне мало кто был близок, да ещё и так давно, что я уже и не уверен в этом. А ты уверена, что я дорог тебе?
Повисла тишина, вопреки моим ожиданиям элементаль молчала.
– Ты боишься меня?
– Почему ты так думаешь?
– Черт, Анна, не держи меня за идиота! – я с раздражением посмотрел на неё. – Неужели ты считаешь, что я ничего не заметил? Чего такого ты узнала в этом коллективном разуме предков, что стала сторониться меня?
Она слегка наклонила голову, пронизывающе смотря на меня.
– Прежде ты был жесток с элементалями, – сказала она наконец. – То, что ты сделал с Терри, похоже на доведение до самоубийства. Ты обещал ей свободу за снятие барьера Богини и она пожертвовала жизнью зная о последствиях. Инструмент?
Я чуть не поперхнулся на пустом месте от таких слов. Она так обо мне думает?
– Поэтому ты меня боишься? Я стал другим, это было давно. Той же Терри я не рассказывал сказок пока она находилась в яйце.
Снова тишина и её внимательный взгляд. Почему-то меня посетила мысль, что она подбирает слова.
– Это действительно так. Но ты сам-то знаешь, кто ты есть сейчас?
– Что? Я не совсем понял о чём ты.
– Кто ты? Владимир, Аветус, Димир, Анубис или кто-то ещё?
– Это просто имена, они мало что значат. Ты ведь сама говорила, что узнаешь меня по ауре.
Снова молчание.
– А что это за аура?
На сердце стало тяжело, будто груз какой-то навалился на меня.
– Ты же сама говорила, что это благословение Тьмы, что оно какое-то особенное. Разве нет?
На лице Анны появилась какая-то обеспокоенность и она стала пятиться назад.
– Ты что-то узнала?
Беспокойство охватило меня, дыхание участилось. Я разомкнул ноги чтобы встать, но Анна тут же исчезла.
– Черт! – выругался я. – Анна! Анна! Вернись!
Я уже был на ногах и продолжал безрезультатно выкрикивать её имя. Через какое-то время тяжесть ушла, оставив лишь раздражение и чувство какой-то беспомощности. Да что не так с этой элементалью? И как на зло я не мог ощущать её, ведь она была чистым духом, именно потому я не чувствовал призванных скелетов за исключением своих, и уж точно не навыком [Аура Жизни]. Кстати про неё, в оазисе загорелся огонёк – пора было идти на встречу с Флавием.
Лысый старик так же сидел на камне и смотрел на водную гладь пруда, а рядом с ним светился камень.
– Зачем вы носите это с собой? – поинтересовался я указав на источник света.
– И вам вечер добрый, – улыбнулся он.
– Чему вы так радуетесь?
Он наклонил голову набок и всё так же улыбаясь пристально посмотрел так, словно видит меня насквозь.
