Третьей подпольной организацией в Ровно была группа бывшего секретаря Железнодорожного райкома партии города Киева Николая Максимовича Астафова, аспиранта Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко. По решению ЦК КП(б)У Астафов был оставлен на подпольной работе в Киевской области, но попал в руки гитлеровцев и был помещён ими в Ровенский лагерь военнопленных. Здесь он создал подпольную группу из коммунистов и комсомольцев. Вскоре группе удалось связаться с организацией П. М. Мирющенко, которая помогла осуществить побег из лагеря нескольких десятков пленных. С помощью Мирющенко Н. М. Астафов организовал позже побег ещё 50 советских военнопленных.
Очутившись на свободе, Астафов создал подпольную группу из семи коммунистов и комсомольцев, которая вскоре переросла в сильную подпольную организацию.
Она вела большую массово–политическую работу в Ровно, на Шпаневском и Бабинском сахарных заводах, в лагере военнопленных. Устроившись на работу в учреждениях и на предприятиях оккупантов, подпольщики собирали по заданиям спецотряда Д. Н. Медведева сведения о противнике, осуществляли диверсии.
В мае 1942 года организация Н. М. Астафова выпустила листовку «К молодёжи Ровно». В этот период фашисты начали массовый угон советских юношей и девушек в Германию. Листовка призывала молодёжь всячески уклоняться от посылки в Германию, пополнять ряды партизан. «Бейте немцев, их помощников всюду и чем только можете! — говорилось в листовке. — Уничтожайте оккупантов и их технику!»[284].
В сентябре 1943 года Н. М. Астафов по заданию спецотряда Д. Н. Медведева отправил большую часть подпольщиков своей организации в партизанский отряд. В декабре 1943 года гестаповцам удалось арестовать ядро организации, в том числе и Н. М. Астафова. Подпольщики были зверски замучены в фашистских застенках.
Еще раз вернёмся к тому июньскому дню 1941 года, когда происходило заседание бюро Ровенского обкома партии, на котором отбирались и утверждались руководители подполья.
После ряда выступлений взял слово секретарь Клесовского райкома партии Валерьян Алексеевич Сонин.
— Оставьте меня на подпольной работе, Василий Андреевич. Жизни не пожалею, а задание партии выполню.
— А вы знакомы с правилами конспирации?
— Специально, конечно, не изучал. Но из книг знаю. Думаю, что это дело наживное, не святые горшки лепят. Запишите, Василий Андреевич. Справлюсь.
Пришлось просьбу В. А. Сонина уважить. Вернувшись в Клесовский район, В. А. Сонин стал работать в каменных карьерах. Вскоре ему удалось создать подпольную группу. Начинать работу было решено с массовой агитации. Поэтому подпольщики тщательно изучали обстановку, следили за вражеской прессой, особенно за газетёнкам^ «Волинь» и «Гайдамаки», которые издавались украинскими националистами.
Материала для агитации, то есть разного рода фактов из практики хозяйничанья гитлеровцев на Ровенщине, было много. — ^уццо было дать правильную оценку этому материалу, вскрыть передщнаселением суть так называемого «нового порядка», разоблачить предательство украинских буржуазных националистов. А в лагере украинских буржуазных националистов шла грызня. Оуновцы раскололись на две волчьи стаи — бандеровцев и мельниковцев. На Полесье возникла ещё одна националистическая банда — бульбовцы. Сколотил её матёрый бандит и прислужник фашистов Тарас Боровец, присвоивший себе имя Тараса Бульбы. Еще до прихода гитлеровской армии он был высажен на парашюте с немецкого самолёта в Сарненских лесах. Он объявил, что не подчиняется ни Бандере, ни Мельнику, а будет сам строить «Полесскую сечь». Фашисты, разогнавшие так называемое правительство Бандеры, охотно поддержали затею Боровца. Перед ним была поставлена конкретная задача: руками его «сечевиков» уничтожать подпольщиков, партизан и советских парашютистов.
Каждая из этих националистических свор стремилась воздействовать на население, отравить сознание трудящихся ядом националистических идей. «Плевали мы на всех, — похвалялись сторонники «Полесской сечи». — Мы отстоим вільну Украіну, и первым её министром будет Тарас Боровец!»
— Грызутся, как псы за кость, — говорил Сонин своим товарищам по подполью. — Надо нам смелее идти к людям, завоёвывать их сердца, разоблачать врагов народа, фашистских служак.
И подпольщики начали действовать. Однако В. А. Сонин подчас пренебрегал правилами конспирации и вскоре поплатился за это. В среду подпольщиков затесался предатель, который навёл В. А. Сонина на засаду. Шесть человек бросились на подпольщика, но его железные кулаки работали умело. Лишь когда к врагам подоспело ещё несколько гестаповцев, им удалось схватить В. А. Сонина. Две недели фашисты мучили подпольщика. Полуживого, они казнили его на площади. Ночью тело В. А. Сонина исчезло: его унесли и похоронили подпольщики.