Теперь следовало, оседлать перевалы. Тут было трудно не столько ползти наверх, сколько волочь огненную смесь. Тут использовались приспособления веревки, свитые вручную лестницы и прочие приспособления для лазания по горам.
Часть войска двинулась в обход. Рабы продвигались медленно, обходили кручи, в одном месте даже пришлось делать мостик, разобрав сарай. Попаданец-полковник старался везде поспеть. Он был стремительным как барс, сам выбирая маршрут.
Самое главное правило горной войны - опережай врага, а затем бей.
Чувство времени незаменимое качество полководца, минутная стрелка недаром имеет острый конец, она разит сильнее заточенного булата!
Войско встало в засаду, теперь рабы словно онемели. С противоположно стороны появилась армия эмира Мутто.
Шейх ехал с целым гаремом из двенадцати жен. Он даже в походе не мог отказаться от животной страсти.
С ним беседовал жрец, в сане архея. Видок веселый, служака языческой церкви рассчитывал на большой куш. Ведь восставшие это как золотое дно для касты жрецов, можно урвать себе процент. Ведь они послухам уже успели разграбить несколько городов
- Ну, Мутто, теперь нас ждут жирные сливки.
Эмир развязно ответил:
- И ты как пес хочешь их слизать?
- Не богохульствуй. - Жрец с ревом рассерженной гиены изрек. - Без помощи богов нельзя победить! Разве ты не знаешь, по чьей воле даруется свет.
- Не только свет, но и тьма! Нам нужны рабы, и тут меня беспокоит, как бы они не разбежались в разные стороны. Ведь это не войско, а воровская ватага. - Эмир постарался плюнуть подальше, но плевок упал лишь под ноги его скакуна.
- Глава восставших дьявол Светонесущий Кречет взял несколько сильных крепостей, его нельзя недооценивать. - Жрец даже втянул себе голову в плечи.
- Изменой брал города! А тут мы его обложим по всем правилам военного искусства. Будет большая облава на рабов. - Мутто набычил шею, стараясь выглядеть погрознее.
Помимо тараканьих улиток, среди армии были и гигантские мамонтовые ящерицы. Их было всего семь, но они волокли шатры. Десятиногие, с закругленными бивнями, они были словно динозавры. Жрец обратил на них внимание:
- Часть собственности рабы растащили, может даже кое-что припрятали. Нам нужны их богатства.
- Если поймаем Светонесущего Кречета, а его нужно словить, только живым, то пытать будем тайно. - Шейх понизил голос. - У него ведь наверняка есть очень крупные клады.
- Грешным делом, я бы решил, что восстанию нужно дать возможность захватить еще десяток городов. Тогда добыча будет намного больше. - Серьезно предложил жрец.
- Ее и теперь даже трудно увести или припрятать от казны. - Заметил еще тише Мутто.
Армия двигалась, хмуро чеканя шаг. Колоны оказались не стройные, переход довольно длительный. Не которые из солдат, особенно пешие новобранцы, здорово хромали. Офицеры подгоняли отстающих новичков сильными ударами плетки. Вот один из них упал, несмотря сильные удары, от которых во все стороны разлетаются капельки крови не в силах подняться. В ярости капрал лупит секирой по башке. Голова слабака-пехотинца разлетается, словно спелый арбуз, по которому двинули острой лопатой. А убийца лишь сплевывает так некстати угодившую в него, плюхнувшую прямо на губы отдающую горечью кровь. И тут Попаданец-полковник-президент рассчитал верно, войска султана должны сражаться против него усталые, а он ударит по ним, отдохнув с большими силами. Рабы поели с таким расчетом, что бой состоялся через три часа, в этом случае большой живот не мешает.
Мутто жрал прямо на ходу, жрец не отставал, запихивая в себя жирные куски.
- Кто много есть, тот любит секс. - Слуга церкви погладил прилипшую к нему нагую наложницу.
- Вы на сексе прилично зарабатываете? - Поинтересовался эмир.
- Безусловно! Храмовая проституция это огромный источник дохода. Особенно если дело касается не похоти, а благодати. Большую благодать извергается на того, кто спит с храмовой жрицей. - Хихикнул языческий священник.
- Говорят, что из женщин получаются самые жестокие истязатели. Они любят терзать молоденьких мужчин. - Эмир мысленно попытался себе это представить.
- Безусловно - шейх. Вот одна из них, будет лично пытать Светонесущего. - Жрец, оглядевшись, похлопал себя по животу
- Уидда из него вытянет жилы. Она такая страстная и в любви и на допросе. Любит огонь.
