Я открываю дверь. Ламорак сидит у окна и смотрит наружу. Пожары на улицах Города Чужаков бросают на его избитое лицо красные отблески. Едва он начинает поворачиваться ко мне, я прыгаю и делаю почти фехтовальный выпад, останавливая кончик меча в миллиметре от его горла. Он замирает, не успев встать с кресла. Похоже, его раненая нога уже отчасти работает.
— Ни слова! — негромко приказываю я. — Я ничего тебе не сделаю.
Он медленно переносит свой вес на руки и опускается обратно в кресло. Кто-то из кантийцев поумнее подвязал его сломанную челюсть бинтом и стянул на макушке; теперь Ламорак похож на мультяшного героя, у которого болят зубы.
— Прывд?
Я делаю глубокий вдох, потом поворачиваю меч к нему рукоятью.
— Правда. Но если ты попробуешь сотворить заклинание Власти, я тебе еще чего-нибудь сломаю, усек?
Он нерешительно тянется к мечу — словно ребенок, который боится, что у него отберут конфетку. Рука смыкается на рукояти, плечи и шея напрягаются. На лице написано такое облегчение, что я сам чувствую его.
— Кейн… Кейн, я…
— Я все знаю. — Я отворачиваюсь, зажигаю лампу и ставлю ее так, чтобы свет был виден снаружи. — С тобой мы поговорим дома. Сейчас это не важно. Я знаю, что ты сделал, и знаю, почему ты это сделал.
Глаза у него становятся круглыми, он хватается за рукоять меча второй рукой, и острие направлено к моему лицу.
— Но… но я…
— Ничего не говори. Сказано тебе, я все знаю и понимаю тебя.
Его нижняя губа подрагивает.
— Я никому не хотел делать хуже…
— Я знаю. Поверь, Ламорак, я прекрасно понимаю, с какой силой на тебя могут надавить. Я ведь тоже из этой лавочки. Я делал все то же самое, и мне это нравилось ничуть не больше, чем тебе.
На его глаза наворачиваются слезы. Я едва могу сдержать закипающее в груди отвращение, не дать ему просочиться в мой голос или отразиться на лице.
— Ее карьера… — хнычет он. — Ее Приключение… Я обрываю его.
— Сейчас важно только одно — вырвать ее из рук Ма'элКота, так? Помоги мне. Помоги мне спасти ее, и все остальное не будет иметь значения. Я даже позабочусь о том, чтобы король Канта оставил тебя в живых, после того что ты с ним сделал.
— Кейн… Кейн, это было…
— Говорю тебе, я понимаю! — «Господи, какой нытик!» — Прошлой ночью я здорово напугал тебя в том заброшенном складе. Ты думал, я хочу убить тебя. — Я пожимаю плечами и глуповато улыбаюсь. — А я именно этого и хотел. Если б меня не отозвали, ты бы уже отошел в вечность. Но это было под влиянием настроения. Когда я успокоился и все обдумал, я все понял. Слушай, давай не будем терять времени. Мне нужна твоя помощь.
— Зачем? Я все, все сделаю, Кейн, я все исправлю! Я показываю ему сеть, и его глаза с откровенной жадностью останавливаются на грифоновых камнях.
— Я веду хитрую игру с Ма'элКотом и подозреваю, что Коты могут следить за мной с помощью магии. Мне нужно выяснить это. Если я прав, то хочу знать, что они отслеживают — меня, мою одежду, нож, сеть… В общем, ты понял. Мне совсем ни к чему их компания — это может испортить все дело.
— Они за тобой следят? — испуганно повторяет Ламорак, бросая взгляд на улицу.
— Успокойся. Они далеко. Им нет нужды приближаться, если я действительно помечен.
— Как они могли тебя пометить? Откуда у тебя эта сеть?
— От Ма'элКота, — сухо усмехаюсь я. — Смешно, правда? Этим утром ты попытался убить меня, заставив короля поверить, будто я работаю на Ма'элКота. Так вот, я действительно на него работаю. По крайней мере сам Ма'элКот в этом уверен.
— Черт, Кейн… — почти благоговейно говорит Ламорак. — Черт…
— Дело в том, что я убедил Ма'элКота, будто король и есть Саймон Клоунс. Теперь он намерен выманить короля и его подданных из Лабиринта, устроив публичный ритуал с Пэллес. Он намерен исторгнуть из нее настоящее имя Саймона Клоунса в присутствии двадцати тысяч человек на Стадионе Победы.
— Но зачем королю…
— Незачем. Но я заставил Ма'элКота поверить, что король с подданными будут там, дабы убить его. Ма'элКот и Берн наводнят толпу переодетыми Котами и Глазами, да еще солдатами в штатском, чтобы те были готовы схватить его. Но короля и его подданных рядом не будет.
— А смысл?
Я показываю зубы,
— Смысл в том, что Ма'элКота там тоже не будет. Он станет управлять происходящим издалека, используя в целях безопасности иллюзию самого себя. Так вот, все эти мятежи начались только потому, что мы с королем раззвонили по городу, будто Ма'элКот — актир. Пусть двадцать тысяч человек придут на Стадион и увидят, как я наброшу эту сеть на иллюзорного двойника императора.
Ламорак раздумывает секунду-другую, но затем его глаза едва не вылезают из орбит, а рот приоткрывается.
— Господи… — бормочет он. — Господи боже мой… Сеть отрежет изображение от Силы, тогда оно побледнеет и исчезнет, как, по слухам, исчезают актиры…
— Да, — негромко отвечаю я, — Изящно, а?
— И все Коты, армейские офицеры, тысячи горожан…
— И вся королевская конница, и вся королевская рать. Точно, Ма'элКот будет свергнут. Всего через несколько часов он окажется запертым во дворце,
— Кейн… это замечательный план. Он должен сработать.
