- Так-так, ты решила, что разодевшись подобным образом, можешь охмуришь Габриель? - прогулочным шагом он подошел ближе, заведя руки за спину и покусывая нижнюю губу. - Даже если ты выглядишь сногсшибательно, то она все равно прямо сейчас в своей спальне выполняет свой супружеский долг.
Я буквально услышала Наджару, выкрикивающую имя Габриель. Я зарычала и выкинула вперед кулак, но он поймал удар.
- На этот раз, Зена, - он улыбнулся, готовый ответить на выпад.
- Ты никогда еще не смог победить меня Арес, помни это.
- Все когда-нибудь бывает в первый раз, - он послал воздушный поцелуй, и смеясь, исчез.
Ненавижу этот его смех.
Я ударила кулаком стену в отчаянной попытке усмирить огонь, свирепствующий в моей душе. Слова Ареса помогали моему уму проигрывать в голове образы моей жены и этой сумасшедшей.
- Зена? - тихий голос оторвал меня от моих мучений. Я посмотрела в красивые зеленые глаза, которые были так знакомы. - С тобой все хорошо? - Надежда прикусила губу, подобно своей матери.
- У меня все прекрасно, - я погладила ее драгоценную голову. Что если я бы дала Надежде хотя бы полшанса в начале? Стала бы она такой, как Габриель...
Моя вина была слишком велика.
- Ты выглядишь такой красивой сегодня вечером.
- Благодарю тебя, Надежда, - я одобряюще сжала ее плечо и присела вниз. - Почему такая малышка ходит одна так поздно?
Она подарила мне милую улыбку. - Бабушка позволяет мне не ложиться в те дни, когда у меня нет учебы.
- Где твоя бабушка сейчас?
- На кухне, как всегда, - я проводила ребенка на кухню. По некоторой причине я ощущала потребность в материнской поддержке, даже если она не знала, кем в действительности я ей приходилась.
Она склонилась над горшком, перемешивая специи, прошенные в блюдо. Шум за стеной, говорил, что вечеринка была еще в полном разгаре.
- Бабушка, я привела Зену. Она хочет тебя видеть, - мать отложила ложку и обернулась, улыбаясь для нас обеих. Вытерев насухо руки, она взяла планшет и записала там что-то для Надежды. Ребенок надулся и склонил голову.
- Да, ма-ам, - сказала она послушно, целуя мою мать в щеку.
- Спокойной ночи, Зена, я должна мыться и ложиться спать, - она говорила так серьезно, что мне хотелось рассмеяться.
- Доброй ночи, Надежда, - кивнула я в ответ, когда девочка направилась в спальню. Мать подвинулась ко мне и села, чтобы начать писать.
"Я обратила внимание как ты ушла с вечеринки довольно рано, и каким именно способом ты это сделала. Все нормально?" - я прочитала ее слова.
- Да, все прекрасно, - гарантировала я. - Я чувствую себя немного неудобно в толпе.
Она написала еще.
"Кто та блондинка, которую ты ударила?" - я усмехнулась в ответ на ее усмешку. Затем задумалась, опустив голову.
- Это была Каллисто. Как-то я говорила тебе о ней. У нас возникло недопонимание, и я должна была разобраться, - она смотрела на меня, и я видела свою мать. Она не притворялась.
Она начала писать снова. "Зена, с тех пор как ты прибыла сюда, у меня появилось это чувство, что есть что-то большее. Назови это шестым чувством или материнской интуицией."
Последняя часть заставила мою челюсть упасть на пол. Я быстро справилась с этим, но поняла, что время игр закончилось.
- Я не могу объяснить это, но . .. я - Зена. Твоя Зена.
Она захватила планшет трясущимися руками.
- Боги! Я чувствовала это в своем сердце. Но как? Я сама положила твое тело в могилу. Почему Боги удостоили меня такого подарка?" - ее руки дрожали, а я была не уверена, что надо сказать еще.
- Мы не можем говорить об этом сейчас, за стеной люди, вечеринка в разгаре, - мне совсем не хотелось быть подслушанной. Ее глаза начали наливаться слезами, я ощутила как и у меня в душе заскребли кошки.
- Я.... послушай, Сирена, - мой голос оборвался под ее объятьями, она плакала у меня на плече, прижимаясь и рыдая. Я была сломлена. Все это. Габриель. Моя мать, плачущая в моих объятиях.
Я склонилась к ее уху, говоря шепотом. Между Каллисто, Завоевателем, и сумасшедшей, стены не забывали иметь уши.
- Ты понимаешь? - я отстранилась немного, чтобы увидеть ее лицо, она кивнула и я вытерла слезы с ее лица.
Она вытерла нос кончиком фартука. Впервые за все долгое время я увидела мерцание в глазах матери, когда она смотрела на меня.
- Мне лучше вернуться в казармы. Завтрашний день будет весь занят, теперь я в Королевской охране.
Она наклонила мое лицо и быстро чмокнула в щеку.
Прежде, чем уйти, я оглянулась назад. Она снова вернулась к плите, помешивая варево, она мотала головой в неверии. Мне оставалось только молиться, что я не совершила ошибки, сказав ей правду. Появилась еще одна проблема, чтобы беспокоиться.
Казармы располагались довольно близко к палатам Завоевателя. Имея острый слух, я уловила сердитые голоса из большой спальни Завоевателя. Я должна была улыбаться, догадываясь, что не все так хорошо между Габриель и Наджарой в этот вечер. Я прокралась ближе.
- Я уже сказала тебе, Наджара, Я - не в настроении!! - прогрохотал голос Габриель.
*****
