В итоге, старательно не думая о наглеце, посмевшем снять с меня очки, и восстанавливая душевное равновесие черешней вперемешку с мандаринами, я расчистила еще один проход, большая часть книг из которого отправилась в правую закрытую секцию к литературе для пятых курсов, выложила половину продуктов в теперь уже своём закутке, заперла дверь и отправилась на ужин.
Идя от административного корпуса до столовой, зачем-то внимательно изучала лица всех, кто попадался мне навстречу, но среди сотен кадетов, которые наводнили территорию училища,и не менее дюжины дроу так и не увидела того самого.
Ещё бы понять, кадет он или преподаватель… Одет он был в обычную одежду! И по возрасту подходит и к первым, и ко вторым. По остроухим нелюдям вообще сложно понять, сколько им лет. То ли двадцать,то ли все шестьдесят! Стареют они совсем не так, как люди - больше глазами, где с годами начинает отражаться опыт прожитых лет. А вот морщин не бывает даже у старцев.
И да, я завидую!
Пускай мне самой всего двадцать один, да и маг я немалой силы, что серьезно продлит жизнь, это всё-таки не то. К пятидесяти я точно начну стареть и пускай не так быстро, как мама, у которой уже вовсю морщинки на лице, да и фигура совсем не девичья, но и не так идеально, как те же эльфы, дроу, вампиры и даже сирены. Про демонов вообще молчу. Мало того, что красивые,так еще и живут под полтыщи лет!
Сволочи!
“Ты чeго разворчалась?”, - насмешливо поинтересовался Фифи. – “ПМС на носу что ли?”
Да иди ты…
Усмехнувшись, но беззлобно, я выкинула чересчур ворчливые мысли из головы, предпочтя набрать на поднос побольше вкусностей (и в туесочек на завтрашний обед!), после чего села за свободный стол и с удовольствием поела.
Чтобы еда не испортилась за ночь, ведь у меня в комнате не было ни охлаждающего ларя, ни элементарного охлаждающего амулета, я сунула туесок Фифи, который убрал его в своё фамильярное подпространство, за старания угостила медовой плюшечкой и мы отправились в oбщежитие.
Увы, сегодня я дроу так больше и не увидела.
А утро началось с шока!
Вместо будильника, к звонку которого я уже привыкла, с улицы дoнеслись пронзительные звуки сирены, отчего я едва не соскочила с крoвати и не рванула прочь, но, в отличие от меня, Фифи лишь лениво оторвал голову от второй подушки, смачно зевнул и профыркал:
“Ну и чего паникуем? Это обычный звук подъема”.
– Звук?! - Я уставилась на него с возмущением. - Да это не звук, это звучище! От такого и инфаркт случиться может!
“Οй, не наговаривай. И недели не пройдет, как привыкнешь. Кстати, сегодня в буфете должны давать маковые рулетики. Возьми побольше!”
Ну да, кто бы сомневался! Хоть трава не расти, но про булочки мы не забудем.
Почему-то это развеселило и умывалась я с улыбкой на лице, а когда вышла на улицу, чтобы успеть позавтракать до начала первого учебного дня, то так и застыла в ступоре - мимо меня стройными рядами бежали мужчины.
В одних штанах.
Чувствуя, как брови ползут на лоб, а щеки заливает краска не то смущения, не то шока, далеко не сразу я сообразила, что это не мужчины, а кадеты старших курсов, и бегут они не просто так, а на зарядку.
Силы небесные… Вот это встряска для моего неподготовленного организма! Теперь понятно, почему ректор так усмехался при слове “дети”! Это не дети! Это… мужики!
Причем очень и очень… кхм, аппетитные.
Кажется, пунцовой я стала вся, благо мимо пробегали уже последние кадеты, а я вроде как стояла под прикрытием туи, так что о позоре моем общественность не узнала. Надеюсь.
Я же, пребывая под весьма ярким впечатлением от всех этих широких плеч, выдающихся мускулов, рельефных торсов и загорелых кубиков, кое-как добралась до столовой и едва не забыла заглянуть в буфет. Но нет, не забыла.
Фифи не позволил.
При этом в столовой я была привычно в числе первых и никто нe помешал мне переварить это яркое впечатление от первого учебного утра и подумать о том, что нужно будет выяснить четкий распорядок дня кадетов, чтобы в будущем не попадать впросак.
Да, это было мощно! Красиво. Пускай слово совсем неподходящее, но как выразиться иначе, я пока не знала. Фантазия бессовестно буксовала. Но в то же время я ощутила себя… неловко. Словно, глядя на всё это торжество тестостерона и мужественности, занималась чем-то неприличным. Ощущения мне не понравились.
“Фифи, можешь узнать?”
“Что именно, душа моя?”
“Когда начинается утренняя пробежка и каким маршрутом?”
“Легко. Но зачем? Тебе же понравилось. И не отрицай!”
Понравилось. И в то же время слишком это было… Это было слишком!
“Ох уж,ты моя скромница…” - провoрчал фамильяр, но согласился. - “Только ради тебя. Дай-ка мне сырничек, что-то я проголодался”.
В итоге, скормив сырничек не только Фифи, но и себе, я одним махом допила чай и, чувствуя, как растет волнение, отправилась на своё рабочее место. И вроде бы шла туда уже далеко не в первый раз, но именно сегодня двери библиотеки будут открыты всем желающим.
Появятcя ли они?
Или нет?