— А если накупить шоколадок в этом времени, — задумался младший Адриан, — и оставить их где-нибудь, чтобы они попали в будущее естественным путем?
— За восемь лет у них истечет срок годности, — обреченно вздохнул старший. — Ты совсем в этом времени о здоровье нашей Леди не думаешь. Вот как мне тебя тут оставлять? — обратился он с вопросом к будущей жене.
— Не верь ему, ты в надежных руках, — подмигнула старшая Маринетт прошлой себе. — И все же, что будем делать с шоколадками? Может, есть какой-то способ пронести их сквозь время? Меня тошнит — нет, не от Адриана, — когда я ем что-то другое.
— Я попытаюсь выучить их рецепт, чтобы ты могла приготовить их себе в будущем! — нашла выход из положения младшая Маринетт.
— И я, — тотчас же поддержала Алья. — Я обещаю помочь в этом деле!
— Эм… ребят, — подал голос доселе молчавший Нино. — Тут еще кое-что… Маринетт, а ты за батончики деньгами из какого времени расплачивалась?
***
Алья с упоением снимала, как Кот Нуар уничтожает «Катаклизмом» автомат с закусками (она, конечно, обещала не выкладывать это видео в блог, но сам факт наличия такого материала ее несказанно радовал). А вскоре та же судьба постигла его собрата, стоявшего в буфете коллежа «Франсуа Дюпон». Первый пункт плана по закрытию временного портала был успешно выполнен.
Намного сложнее было отыскать среди целой горы монет те, что Маринетт принесла с собой из будущего. И если с монетами, выпущенными в году эдак две тысячи двадцатом, проблем не было, то всегда оставался шанс, что среди монет более ранних годов выпуска могла затесаться и путешественница во времени. Точнее, шанс этот определенно оставался, так как потрачено в прошлом было больше, чем найдено еще не выпущенных монет.
Конечно, оставалась вероятность, что незаинтересованные в закрытии портала товарищи просто-напросто спрятали лишние евро, чтобы можно было хотя бы одним глазком в будущее заглянуть, с двумя принцессами одновременно пообщаться или тех же шоколадок поесть… Но находчивость Тикки сгубила этот шанс на корню.
— Превратись в Ледибаг, — попросила квами младшую Маринетт. — «Чудесное Исцеление» должно не только восстановить автоматы, но и отделить монеты из будущего от всех остальных.
Тихое «Черт!», сказанное четырьмя людьми, услышали только чуткие ушки хихикнувшего Плагга. Да быть может, Нино, который ни с того ни с сего стукнул себя ладонью по лбу.
***
Связывавший два времени портал находился на крыше открывшегося год назад торгового центра. Точнее, над ней, ибо, как оказалось, временную аномалию создавала странная радуга, висевшая в воздухе над головами стоявших на крыше людей.
— Странно, что за полгода ее никто не заметил, — поправив очки, произнесла Алья. Увы, уникальное явление экран смартфона фиксировать отказался.
— Магия, — пожала плечами старшая Маринетт. — Сколько ты не замечала, что под маской Ледибаг скрываюсь я? И тут то же самое. Те, кто не знает о портале, его не видят.
— Тогда, может, его все-таки можно оставить? — с надеждой произнес младший Адриан.
— Опасно, — возразила пятнистая квами. — Вы видели, что произошло, когда о портале узнал Господин. В вашем времени вы еще не победили Бражника…
— Вы ведь знаете, кто он, — Агрест с надеждой посмотрел на старшего себя, но тот лишь отвел взгляд.
— Вам еще рано встречаться с ним лицом к лицу, — пояснил Плагг. — Всему свое время.
Чтобы дотянуться до межвременной радуги, героям пришлось воспользоваться стоявшей на крыше стремянкой. Конечно, намного проще было бы облачиться в геройские костюмы и всего лишь подпрыгнуть, но квами должны были оставаться в своем времени.
Старший Адриан галантно помог подняться жене, встал на ступеньку рядом с ней, и со словами «Отличная работа!» герои из будущего дотронулись до переливавшейся радужным светом временной аномалии. Четверо стоявших внизу друзей улыбались, наблюдая за тем, как растворялись в воздухе путешественники во времени, слившиеся в сладком поцелуе.
— А это у вас с некоторых пор вместо стуканья кулачками, — пояснил Плагг.
— Пора бы и в этом времени такую традицию ввести, — мечтательно добавил младший и теперь уже единственный Адриан, притягивая к себе улыбающуюся Маринетт. — Ты так не думаешь, моя Леди?
