– Сдержи свои эмоции до поры до времени. Не нужно вызывать у него излишних подозрений. Если таковые возникнут, он может серьезно осложнить дело.
Она отбросила мысль о дерзком вызове, который готова была бросить похитителю ее матери. Вызов, который она уже успела мысленно сформулировать, был слишком жестким, но и довольно ярким. И Аманда написала то же, что и в прошлый раз: «У меня есть то, что вам нужно». Она сложила бумагу и на оборотной стороне вывела: «Мистер Петтибоун».
Лэнгфорд положил письмо на стол, взял Аманду за руку и провел на террасу. Там был накрыт стол для чая.
Она сделала глоток. Лэнгфорд улыбнулся.
– Что тебя рассмешило? – спросила она.
– Ты получаешь такое удовольствие от чая! Выражение лица и то, как ты вдыхаешь, как смакуешь его, закрыв глаза, – все это напоминает моменты, когда ты воспринимаешь другие удовольствия.
Аманда залилась краской.
– Ты ошибаешься.
– Очень похоже.
– Ты меня смущаешь.
– Больше никто, кроме меня, не обращает на это внимания. И никто, кроме меня, не знает, как ты ведешь себя… при других обстоятельствах.
Аманда поставила чашку на стол.
– И по этой причине постоянно угощаешь меня чаем? Чтобы видеть мое удовольствие? А ты получаешь удовольствие, видя мое удовольствие?
Он рассмеялся.
– Иногда. Но я приказал подать чай, потому что знаю, как он тебе нравится.
– В школе нам никогда не давали чаю. И с тех пор я ни разу не могла себе позволить более или менее сносного напитка.
Она подняла чашку, и ее лицо скрылось за ней, пока она пила.
Он смотрел на нее, откинувшись на спинку кресла.
– Ты сказала нечто такое, что меня удивило. Воры, дескать, должны быть незаметны. Возможно, именно поэтому мать и отправила тебя в школу. Не исключено, что с возрастом ты становилась более неординарной и, следовательно, более заметной.
– Какая поразительная мысль! Как мило с твоей стороны предполагать такое.
– Ты думаешь, я не прав? Льщу тебе?
– Если ты считаешь меня неординарной и заметной, я не стану тебя разубеждать. Хотя…
– Женщины всегда знают правду. Именно это ты мне говорила сама. – Он наклонился и взял ее за руку. – Позволь же мне сказать, насколько ты неординарна и заметна. Во второй раз, когда я увидел тебя, маска покрывала бо́льшую часть твоего лица, но я сразу же понял, что это ты.
– Потому что мой костюм был уродлив.
– Потому что в тебе была некая значительность.
Ну конечно, он только льстил ей. И она это прекрасно понимала. И все равно ей хотелось танцевать от радости.
– Что ты имеешь в виду под вторым разом. Ведь это было в первый раз.
Габриэль покачал головой.
– Я не понимал этого до момента, когда тайна полностью раскрылась, но впервые увидел тебя рядом с домом Гарри. Ты осматривала дом сэра Малкольма. На тебе было скромное зеленое платье и простенькая шляпка с опущенными полями, а в руках – корзинка. Ты хотела быть совершенно неприметной, почти невидимой, но я заметил тебя.
– А я – тебя.
Ее изумило не только то, что он обратил тогда на нее внимание, но и то, что он это запомнил.
– Это качество оказалось, конечно, крайне неудобным для твоей матери. Она была способна слиться с толпой, а вот ее дочери, судя по всему, не удалось бы стать неприметной. – Он сжал ее руку. – В тот первый раз, когда я тебя увидел, ты решила, что сможешь проникнуть в дом сэра Малкольма, только если познакомишься с Гарри, так?
Аманда кивнула.
– Возможно, мои напряженные размышления над этой проблемой и сделали меня столь заметной. – Она рассмеялась. – Ты просто очень наблюдательный. У меня больше не осталось никаких тайн…
Он наклонился к ней и поцеловал.
– Мне кажется, тайны всегда будут окружать тебя, Аманда. – Он встал и поднял ее. – Пойдем наверх, чтобы у меня была возможность их исследовать.
Два дня спустя Аманда проснулась утром и увидела Лэнгфорда уже полностью одетым. Значит, сегодня не предполагалось долго нежиться в кровати. Ей нравилось откладывать таким образом начало дня и встречу с миром за пределами ее спальни. И ей было жаль терять эту возможность хотя бы однажды.
Лэнгфорд наклонился и поцеловал ее.
– Мне нужно сделать несколько визитов: деловой с утра и светский немного позже. Вернусь я только к вечеру. Винсент днем отвезет тебя проверить, не пришло ли письмо.
– Ты не понимаешь, как испортил его всеми этими секретными миссиями. Он не сможет в дальнейшем быть обычным лакеем. Подобные обязанности будут казаться ему слишком скучными.
– Если я не сумею найти применение его новым интересам, он будет волен искать другую работу, которая его удовлетворит. Однако я пришел к выводу: у каждого герцога должен быть свой Винсент.
– Занятно. А я уже подумала, что из него мог бы выйти неплохой вор. Уверена, эта профессия не оставила бы его равнодушным.
– Ну что ж, ему следует подумать. – Лэнгфорд направился было к двери, но остановился на полпути. – Страттон сообщил мне, что его жена просила меня зайти к ней на днях. Ты же встречала ее у леди Фарнсуорт.
– Да, имела честь.
