Они ехали в фаэтоне, и Саймон сидел между Касей и герцогом.
Герцог рассказывал им обо всем, что они видели по дороге, – эти места он знал с самого детства.
Им встретилась мельница. Она сейчас не работала, но он сказал, что непременно велит снова пустить ее в работу.
Они проехали мимо скакового круга, который за это время был запущен, но герцог собирался привести его в порядок.
Потом они увидели вдалеке высокую башню, на которой когда-то стоял часовой и предупреждал об опасности обитателей замка.
Башня тоже требовала реставрации.
– Лучше тебе не лазить туда, пока ее не отремонтировали, – сказал Саймону герцог.
– А в дозорной башне были солдаты?
– Я полагаю, на ней сидели стрелки, – сказал герцог, – и стреляли во врагов, если те приближались.
– Из лука, – уточнила Кася на случай, если Саймон представил себе современных стрелков с ружьями.
– Кстати сказать, – проговорил герцог, – когда я был маленьким, здесь проходили состязания лучников, и я хотел бы восстановить эту традицию.
– Мой отец научил меня стрелять из лука, – сказала Кася. – Я думаю, что если бы вы купили Саймону маленький лук, он был бы рад.
– А в кого я буду стрелять? – спросил Саймон.
– В мишень, – твердо ответил герцог, – и больше ни в кого. А если попадешь в яблочко, завоюешь приз.
– Пожалуйста, дядя Дарси, купите мне лук и стрелы! – умоляюще протянул Саймон. – Я хочу выиграть много-много призов и пойти за покупками.
– У тебя же есть карманные деньги, – сказала Кася.
– Ой, да, конечно! – воскликнул Саймон, только что вспомнив о том, что они у него есть.
– Об этом я должен был раньше подумать, – сказал герцог. – И, конечно, мисс Уотсон, я очень раскаиваюсь в своей невнимательности.
Кася улыбнулась.
– Не вините себя – в конце концов, у вас никогда не было своих детей. Однако мне кажется, что ваши родственники – довольно недобрые люди.
– Вы их верно охарактеризовали, – сказал герцог. – Но обещаю, что я никогда не буду таким.
Последнюю фразу он произнес с такой горячностью, что Кася догадалась – он сам пострадал от их недоброго отношения в прошлом.
Она вспомнила, как кто-то говорил ей, что прежде, чем получить титул герцога, он был очень беден.
Разговор о деньгах напомнил ей о собственном богатстве, а оно, в свою очередь, – о лорде Стефелтоне.
Она невольно поежилась, и герцог спросил:
– Вы чем-то расстроены?
Кася поразилась тому, как он сразу почувствовал ее состояние, и вопросительно подняла на него взгляд.
– Мне кажется, я могу читать ваши мысли, мисс Уотсон, – сказал герцог. – У вас очень выразительные глаза.
– Даже если и так, я надеюсь, вы все же не узнаете, о чем я думаю, потому что это очень печально.
– Почему? – спросил герцог.
На этот вопрос Кася не могла ему ответить.
Когда они вернулись домой после поездки, которая оказалась весьма увлекательной, герцог сказал:
– Я хотел бы поговорить с вами после обеда, мисс Уотсон. Я предупредил лакеев, что Саймон будет обедать с вами, хотя было бы удобнее, если бы пообедали все втроем. – Сделав вид, что эта мысль только что пришла ему в голову, он воскликнул:
– Да! Так будет лучше. Тогда я лично смогу убедиться, что мальчику готовят то, что он должен есть в этом возрасте.
– Вряд ли ваша светлость захочет обедать так рано, – возразила Кася.
– Я велел подать обед в семь часов, – сказал герцог. – В деревне это самое подходящее время для вечерней трапезы. А Саймон в половине восьмого уже сможет лечь спать.
– Это хорошо, – улыбнулся Саймон, – потому что взрослые всегда едят такие вкусные штуки. Я ненавижу хлеб с молоком! Мисс Уотсон сказала, что я уже большой, чтобы есть такую детскую еду.
– Мисс Уотсон права, – согласился герцог. – Но сегодня ты порезвишься вовсю, потому на обед у меня обычно бывает не меньше четырех блюд. Скоро ты станешь упитанным, как поросенок.
Саймон засмеялся.
– Если я буду быстро ездить на Принцессе, дядя Дарси, я скоро стану таким же худым, как вы.
– Ну-ну, – сказал герцог. – Одобряю ход ваших мыслей, юный джентльмен.
Потом он взглянул на Касю, и в эту минуту она поняла, что он специально устроил так, чтобы пообедать с ней и в то же время не наедине.
«Я не должна тешить себя мыслью, что ему действительно интересно со мной разговаривать, – подумала она. – Скорее всего ему просто скучно в одиночестве».
Тем не менее она почувствовала странное волнение.
Она поняла, что ей хочется пообедать в обществе герцога и хочется с ним говорить.
«Когда Саймон пойдет спать, – подумала она, – мы будем разговаривать и разговаривать, как прошлым вечером».
Словно прочитав ее мысли, герцог посмотрел ей в глаза.
Ему и Касе стоило большого труда оторвать друг от друга взгляд.
Закончив завтрак, Саймон отодвинул тарелку и встал из-за стола.
– Я пойду помогать мистеру Беннету считать жалованье, – сказал он.
– Ты молодец, – сказала Кася. – Он сказал, что вчера ты ему очень помог.
– Я ненадолго, – проговорил Саймон. – А где будете вы?
– В музыкальном салоне, – ответила Кася.
– О, это хорошо, – сказал Саймон. Наклонившись, он поцеловал ее в щеку и побежал к двери.
Проводив его взглядом, герцог спросил:
– Что все это значит? Кася улыбнулась.
