Профессор Вилкинс в голове похотливого малька Сэма откровенно грустил, но ничего не мог с ним поделать. Тело жило собственной жизнью и не желало прислушиваться к голосу разума. Сэм добрался губами до рта Рамиреса и застрял в нем надолго. Целоваться они оба умели и любили, а потому занимались этим замечательным занятием часто и подолгу. Особенно, когда сил ни на что другое не оставалось. Сэм оторвался от вкусных губ и перевел дыхание.
— Доброе утро, Котенок.
— Доброе утро, чудо ты мое страшное.
Рамирес ускорил темп, оставляя в мыслях Сэма только себя: властного, умного и основательного. Страстного, изобретательного и любящего. Того самого, что месяц назад вытеснил из сердца Сэма Тарио и сегодня ночью даже покусился на Дариуса. Но Маркус не позволил Рамиресу хозяйничать. Сэм и хотел бы помочь юному завоевателю, но разве он мог сопротивляться любимому богу? Конечно, нет. Именно этот факт и заставил Сэма проснуться сегодня утром так рано. Маркус расставил все по своим местам. Снова. И своим решением включил зависшие почти на год мозги Сэма в работу. Приоритеты были расставлены, каждому элементу присвоен порядковый номер и определено значение. Маркус и физика. Дариус. И только потом Рамирес. Как будто и не было этих 2500 лет!
Демон закрыл глаза и крепко сжал челюсти, поднимая квадратный подбородок к потолку. Сэм поспешил взять себя в руку, чтобы добраться до финиша одновременно с ним. Ему это удалось. Удовольствие прокатилось по всему телу, и он облегченно прижался щекой к гулко бьющемуся сердцу демона.
— Я люблю тебя, Сэм.
— Я тоже люблю тебя, Рамирес, — ответил Сэм.
Теперь он знал, как вести себя и что говорить, чтобы получить от жизни максимум удовольствия и сделать любимого демона счастливым. Четвертинка сердца, что он отдал ему, это не так уж и мало.
— Ты серьезно?
— Да, — поднял голову Сэм, — теперь в моем сердце вместо Тарио живешь ты — воин и художник, будущий Великий Герцог де Сент-Перес.
— Ты был прав.
— В чем?
— Ты сделал меня самым счастливым демоном в мире, — улыбнулся Рамирес.
— То ли еще будет, — пообещал Сэм и свел обоих с ума за минуту.
Сумасшедшее желание отпустило их только через пару часов, как раз к тому времени, когда к ним по обыкновению должен был зайти Моро с полным подносом еды. Они покорно делали вид, что завтракают, но как только за ним закрывалась дверь, забывали о еде напрочь и сегодня не собирались делать исключение.
Часы пробили 8 утра. Рамирес привычно повернулся на бок, накинул на обоих легкое одеяло и положил Сэма к себе спиной, забираясь в него до самого конца и прижимая его бедра к своим плотнее некуда. Отправляя сотни тысяч импульсов удовольствия по всему телу обожаемого Котенка и заставляя его тихо сопеть от счастья в свой могучий бицепс.
— Доброе утро, господа.
Насмешливый и уверенный женский голос совершил много всего интересного с телами и душами тех двоих, что были одним целым.
Прекрасная, коварная и непредсказуемая леди Денис Вальтерус вошла в спальню с подносом еды в руках и разбила то хрупкое равновесие, что с таким трудом обрели Сэм и Рамирес, вдребезги. Невысокая, изящная и сексуальная до дрожи в коленях демоница наклонилась над прикроватной тумбочкой, освобождая руки от подноса. Стильные джинсы выгодно обтянули стройные бедра и длинные ноги, а необычная черная футболка в облипку с рядом пуговок на плече успешно привлекла внимание к идеальной груди. Дэнис выпрямилась и уперла руки в бока.
Сэм закрыл глаза, а Рамирес спрятал лицо в его разноцветных волосах. Желание снесло обоим головы мгновенно. Им было, что вспомнить. Полтора года развратных тренировок пронеслись перед глазами Рамиреса за пару секунд, разрывая на части сокрушающим оргазмом член, а воспоминаниями и эмоциями сердце. Его глупое демоническое сердце, которое не должно ничего чувствовать по определению! Но… Дэнис была особенной. Той самой, что изменила его жизнь, даже не зная об этом. Если бы не она, он никогда не нарушил бы семейные традиции всерьез, не встретил бы Сэма, не научился рисовать и не стал счастливым. Эти мысли привели Рамиреса в относительный порядок и помогли определиться с тем бесконечным морем тепла, что разлилось по нему при виде неподражаемой леди Дэнис. Благодарность. Дружба. Именно так. И никак иначе. Наверное.
— Здравствуй, валькирия, — выглянул из разноцветных волос Котенка Рамирес и с некоторым удивлением почувствовал, как содрогнулся от оргазма Сэм.
— А ты не хочешь со мной поздороваться, профессор Вилкинс? — насмешливо спросила Дэнис.
— Не хочу, — спрятался в надежных руках демона Сэм, с трудом приходя в себя и все-таки открывая глаза.
Такого он от себя не ожидал. Воспоминания о нескольких поцелуях и редких мечтаниях в душе довели его до оргазма за несколько секунд. Что, черт возьми, только что произошло?! Последние фразы Дэнис, сказанные ею много лет назад, всплыли в его голове сами:
«- Береги Сэма, дорогой дядюшка. Однажды я вернусь и сделаю его своим.
— Ты же не Великий Герцог, чтобы делать кого-то своим, — хмыкнул Маркус.
— Я найду способ!
— Меня спросить не хочешь? — спросил ее тогда Сэм.
