Между тем Россия и Австрия выставили на польский престол кандидатуру Августа, сына покойного короля Фридриха. Лещинскому пришлось бежать в Гданьск. Украинское население считало приход русских войск предвестием освобождения от ненавистных поляков. Но после утверждения на троне Августа III русские войска сами занялись усмирением восставших. Верлан с полковниками сформированных им полков ушел в Молдавию, другие гайдамаки укрылись в запорожских владениях.
Это восстание гайдамаков (как и все последующие) показало, насколько на самом деле Орлик был далек от реалий Украины 30-х годов XVIII века.
Его попытка собрать собственное войско объединила всего около двух тысяч казаков. Тут были все те же старшины – Мировичи, Иван Герцик, Федор Нахимовский, пехоту возглавлял Савва Чалый. Орлик базировался в Бендерах и ждал начала войны. Но деньги заканчивались. В результате пехота ушла в Россию, а конница – в Польшу. К 1735 году у Орлика оставалось всего сто пятьдесят человек.
Наконец, в 1737 году началась Русско-турецкая война. В феврале 1738 года Орлик по поручению султана прибыл в Вену, где стал советником бывшего трансильванского князя Франца Ракочи. Когда туда же для переговоров приехал великий визирь, он стал уговаривать его помириться с Австрией, чтобы сосредоточиться на войне с Россией. Орлику это удалось, и он отправляется в Яссы, чтобы оттуда выступать в роли эксперта. Он обратился с очередным послание к запорожцам, призывая отказаться от подданства России.
Однако в 1740 году Порта заключила мир с Россией, это очень расстроило Орлика, настаивавшего на продолжении войны.
В 1741 году у него снова появилась было надежда на успех после начала Русско-шведской войны. Григорий Орлик обратился с меморандумом к шведам, агитировал в Польше, подталкивал Францию. Но вскоре Швеция проиграла. Орлик тяжело переживал это. К тому же его принуждали переехать из Бухареста в Андрианополь. Умер он 24 мая 1742 года в Яссах в одиночестве, так и не увидев своей семьи.
Его сын Григорий стал генерал-поручиком на французской службе, принимал участие в Семилетней войне и умер в 1759 году. Его род так и жил во Франции и пресекся только в конце ХХ века. Поместье Григория недалеко от Парижа дало название современному аэропорту Орли.
Примечания
1 Совершенно непонятно, почему А.С. Пушкин в своей поэме «Полтава» представил Орлика как сурового палача. Образ, никак не соответствующий реальности.
2 Дневник Ф. Орлика // Пилип Орлик. Конституцiя, манiфести та лiтературна спадщина. К., 2006. С. 242, 246.
3 The Diariusz podrożny of Pylyp Orlyk (1720 – 1726) // Harvard Library of Early Ukrainian Literature. Texts: Volume V. 1989. P. 89.
4 Дневник Ф. Орлика. С. 364.
5 Дословное выражение Орлика.
6
7 Этот панегирик Орлик подписал следующим образом: «От нижайшего слуги Филипа Орлика, который услышал из почты из-за руських границ (Rossiacos) громкую славу и публично миру провозгласил неумелым пером». (Пилип Орлик. Конституція, маніфести та літературна спадщина. С. 449.)
8
9
10 Письмо Орлика С. Яворскому //
11 Управлением.
12 Письмо Орлика С. Яворскому. С. 169 – 170.
13 Там же. С. 171.
14 Видимо, К. Мокреева.
15
16 Письмо Орлика С. Яворскому. С. 172.
17
18 Иван Скоропадский был избран гетманом по указу Петра на «раде» в Глухове 6 ноября 1708 г.
19
20 В том смысле, который вкладывали в это название в раннее Новое время, а не сейчас.
21 Конституция Ф. Орлика // Пилип Орлик. Конституцiя, манiфести та лiтературна спадщина. С. 74–89.
22 Доба гетьмана Івана Мазепи в документах. К., 2007. № 385. С. 345; Генеральна слідство про маєтності Полтавського полку 1729–1730. Полтава, 2007. С. 84, 86, 92, 110 и др.
23 Очень любопытно воспоминание Павло Скоропадского об отношении, которое сохранялось к Мазепе в их семье. У них в доме «висел между гетманами портрет Мазепы… в доме ему не поклонялись… а молчаливо относились с симпатиями, причем только возмущались, что до сих пор в соборах Великим постом Мазепу предавали анафеме, и смеялись над нелогичностью, что в Киеве одновременно в Софийском соборе Мазепу предают анафеме, а в Михайловском монастыре за него, как за создателя храма, возносят молитвы об упокоении его души». (