— Это значит — «ангел». Так нас назвали сотни лет назад, и так нас называют теперь. И ненависть к нам тоже крепнет сотни лет — это ненависть устоявшаяся, протухшая и прогорклая, как весь наш мир. И очень искренняя… Но если прежде, совсем недавно, еще какие-то сто лет назад, в нас очень сильно нуждались — потому что те, которые нас преследуют, неспособны сами изобрести даже гвоздь — то теперь… Теперь нередко рождаются такие люди, которые могут, упорно работая, добиться неплохих результатов. В любой области науки и техники. Правда, они совершенно неспособны заниматься искусством… но это никого не беспокоит. Важно то, что нужда в нас отпала. И мы все ушли в леса. Что делать? Нам нет другого места.
Хинкап потряс головой. Что-то у него в мозгу не укладывалось. Безусловно, он верил Сойте, — и все же…
— А вы не можете уйти дальше? Ну, куда-нибудь в такое место, где рядом не будет городов?
— Во-первых, таких мест нет, — сказала Сойта. — Страна невелика и заселена довольно плотно. А во-вторых — мы ведь тоже нуждаемся в городах. Мы берем в городе то, что нам необходимо. Конечно, нам лучше было бы уйти — не дальше в леса, а просто совсем уйти с Алитолы. Но как? Мы еще не научились путешествовать в космосе. И потому вы, Хинкап, стали для нас символом надежды.
— Я?!
— Разумеется. Ведь вполне может оказаться так, что с вашей помощью нам удастся уйти.
— Куда?
— Этого мы еще не знаем, Хинкап. Мы прекрасно понимаем, что вы попали к нам совершенно случайно, и, скорее всего, без помощи своих соотечественников улететь не сможете. Но ведь вас рано или поздно найдут. И мы надеемся, что ваши друзья помогут нам всем перебраться на какую-то… скажем, никому не нужную планету, с более или менее подходящими условиями. Это возможно, а, Хинкап?
— Наверное… — Хинкап не имел ни малейшего представления, возможно ли такое. — Думаю, что да… А сколько вас вообще, таких вот лесных отшельников?
— Немного. В настоящее время около тысячи человек.
— Действительно, немного… — Хинкап вспомнил, что спасательные боты, как правило, рассчитаны на тридцать-сорок человек. Впрочем, если до него вообще доберутся, то не составит труда вызвать подмогу. — Но ведь вы не представляете себе, Сойта, как мала надежда на то, что меня разыщут достаточно скоро. Меня сбросило с маршрута… о таком никогда никто и не слыхал, и где они будут меня искать? Я не имею ни малейшего представления, какая это часть Галактики, да и вообще — наша ли это Галактика? И какое это время? Может быть, спасатели ищут меня на миллиарды лет в сторону, в прошлом или в будущем? Или просто в другой части Вселенной?
— Не думаю, чтобы дело обстояло так уж страшно, — возразила Сойта. — Скорее всего, вы находитесь в пределах досягаемости для ваших друзей. Вас найдут.
— Хорошо бы, — с сомнением сказал Хинкап. — Да поскорее.
— Мы надоели вам? — удивилась Сойта. — Вам скучно с нами?
— Ох, нет, что вы, — Хинкап рассердился на себя за неловкое выражение. — Я имел в виду другое… Если вам здесь грозит опасность, то лучше бы поскорее от нее избавиться, вот что я хотел сказать.
— Да, хорошо бы. Наши города… О, это не жизнь, там, внутри города, это война… непрестанная война, каждый воюет против всех, все — против каждого… дети ненавидят родителей, родители ненавидят своих детей и друг друга… и при этом все делают вид, что их жизнь прекрасна и достойна зависти, и — скука, скука… И если бы вы могли представить, Хинкап, как велика их ненависть к тем, кто не принимает их морали и предрассудков, к тем, кто умеет и хочет мыслить!
— Н-да, — сказал Хинкап.
Хинкапа разбудил тихий, но настойчивый стук в дверь.
— Что случилось? — спросил он, плохо еще соображая.
— Хинкап! — в голосе Сойты слышалась тревога, и Хинкап мгновенно и окончательно проснулся. — Хинкап, вставайте!
Одевшись, Хинкап взглянул на неплотно задернутое шторами окно. Снаружи царила тьма египетская. Почему Сойта подняла его ночью? Неужели — то самое? Облава? Городские пошли войной на лесную деревню? Почтальон вышел в столовую. Сойта ждала его. Она была точно такой, как всегда, — в мягко спадающем платье, золотые волосы струятся по плечам… и улыбка навстречу Хинкапу.
— Что случилось, Сойта?
— Ничего особенного. Для нас это не внове. Но вам, Хинкап, лучше укрыться на это время. Облава.
— Но, Сойта…
— Никаких «но», милый Хинкап. Мы умеем защищаться. А вы — наш гость, к тому же не просто гость. Вы — наша надежда. Идите за мной.
Следом за женщиной Хинкап вошел в кухню. Там, повернув спрятанный за шкафом рычажок, Сойта открыла потайную дверь — и Хинкап увидел освещенную неярко лестницу, ведущую в подвальное помещение.
— Идите туда, Сол, — сказала хозяйка, — и не выходите, пока я не позову вас.
Хинкап начал спускаться по деревянным узким ступеням и услышал, как закрылась дверь. Он не стал оглядываться, боясь, что не совладает с собой и бросится наверх. Сойта… Сойте снова грозила опасность, а он, здоровенный мужичина, шел в укрытие…
