Я очнулся в кровати, рядом с которой в кресле спала Ася. Она перевязала мои раны, но что будет дальше? Вдруг укусы Скеладонтов заразные и я стану как они или вовсе умру? Возникшие вопросы в голове сбивали с толку, и я не хотел подвергать девушку опасности, поэтому принял решение, которое не понравилось ей. Как только девушка проснулась, увидела, что я не сплю, и принялась спрашивать:
– Как ты себя чувствуешь? Сильно болят раны? Как тебе спалось?
Вопросов было так много, что я не знал, на какой ответить, и просто ответил:
– Со мной всё в порядке, не переживай. Тебе сейчас лучше привязать меня к кровати, а то вдруг я стану одним из этих чудовищ? Не хочу навредить тебе.
– Нет, ты не станешь одним из них. Когда они только появились, моего знакомого укусили, но он не стал одним из них и никак не изменился. Правда, вскоре погиб от холода, – сказала девушка, и на лице появилась грусть.
– Ты совсем скоро поправишься, а до этого буду ухаживать за тобой, и ещё одно, не зови меня больше этим именем. Не хочу, чтобы ты звал меня как свою первую любовь, лучше используй моё настоящее имя – Лена. Мы тут надолго, и только поэтому сказала своё имя, не подумай ничего.
– У тебя красивое имя, – произнёс я и улыбнулся.
Время шло, и мне становилось лучше с каждым днём. Все эти дни мы постоянно смотрели фильмы, разговаривали о прошлой жизни и сближались. Если в начале Лена смотрела на экран телевизора, сидя в кресле, то уже через две недели лежала рядом. Но она по-прежнему старалась быть холодной, не проявляла никаких чувств.
В какой-то момент я стал влюбляться, стараясь не показывать это, потому что не хотел нарушать границы. К тому же я не знал, чувства полыхали только с моей стороны или она тоже что-то чувствует ко мне. Признаваться в любви я не собирался и просто ждал.
Через месяц лежать в постели не было нужды, поскольку раны затянулись, и я начал ходить по бункеру, не зная, чем себя занять. Раньше хоть убирался время от времени, готовил, а сейчас всё это делает Лена. Я знаю, что она хочет казаться полезной, но должна понимать, что не в рабстве, поэтому перед готовкой отправил её в спальню, сказав, что сам приготовлю. Она долго не хотела уступать плиту, но я припомнил кое-что, и она тут же исчезла с моих глаз.
– Ты должна мне поцелуй! Забыла уже?
После этих слов она и сбежала.
Я мог и раньше напомнить об этом, но не хотел смущать, а сейчас не вижу ничего странного в этих словах, хоть и понимаю, не каждый человек захочет сближаться с тем, кто ему не интересен. Я же хотел сблизиться, так как был влюблён, но влюблён в красивое лицо, потому что больше ничего не видел.
Девушка выглядела как капуста, постоянно одета в несколько слоёв одежды. На ногах ватники, на груди шерстяная кофта с длинными рукавами и воротником. Если закрыть её лицо, невозможно будет понять, кто перед тобой стоит, парень или девушка.
Я не понимал, как она в этом ходит и не сгорает от жары, поскольку в бункере было тепло. Я всегда ходил и продолжаю ходить в одном трико, да мастерке. Может она не уверена в бункере или не хочет меня смущать, всё же я парень, а она девушка.
Прошло ещё два месяца, а мы по-прежнему ведём себя так, словно вчера познакомились. Только вот моя любовь к девушке никуда не исчезла, хоть и стараюсь всеми силами не показывать её. Не знаю, как долго Лена будет вести себя так, словно в гостях, должна уже привыкнуть к новым реалиям.
Это во мне говорит злость, не могу сказать почему, но я стал раздражительный, и, быть может, на мне сказываются раны, полученные от Скеладонтов, или играют гормоны. Может и вовсе, меня злит отстранённость Лены. Сейчас бы выпить алкоголя, которого предостаточно в бункере, но я не могу этого сделать в одиночку, а она отказывается.
С одной стороны, девушка правильно делает, и я всё понимаю, ведь алкоголь и парень с девушкой в замкнутом пространстве может сыграть злую шутку. Оставлю пока всё на своих местах и, надеюсь, она не заметит мою злость.
Через неделю я стал нервный, и Лена это видит, хоть и пытаюсь держать себя в руках, но не могу больше находиться рядом с ней. Мне хочется подойти, обнять и поцеловать, но нельзя. Чтобы не допустить такого, я решил выйти наверх.
Встал рано утром, оделся, взял свой любимый ледоруб и, как только оказался перед выходом из бункера, позади раздался голос Лены:
– Ты куда?
– Хочу осмотреться, нет ли этих тварей возле бункера.
– Зачем? Вдруг они поджидают тебя?
– Ничего страшного не случится, я скоро вернусь, – ответил я. Прежде чем уйти, Лена спросила:
– Что с тобой в последнее время? Ты нервный и, кажется, что злишься на что-то? Расскажи мне, я выслушаю и помогу, чем смогу!
– Я же сказал, со мной всё в порядке, мне не о чем рассказывать!
Как только я ответил, в груди словно разгорелся огонь, а все чувства стали зашкаливать. Я отчётливо слышал стук сердца и дыхание Лены.