— Ну вот, Совещательный геодезический совет и Управление метеорологии начали действовать, — сообщил Юкинага, просматривая ленту факсимильных новостей. — Надо поторапливаться. Теперь, после осуществления трехлетней программы по исследованию мантии, они располагают огромной сетью наблюдательных станций, оснащенных самой современной аппаратурой. С ними в контакте многие университеты и лаборатории. Вот ведь сумели охватить практически все области науки о Земле. Вполне возможно, среди них найдется и такой, который обо всем догадается, если будет иметь суммарный анализ изменений в движении земной коры Японского архипелага.
— Ничего страшного, пусть стараются, нам от этого только польза, — сказал Наката, усмехаясь. — Нам помогут Ходзуми и председатель научно-технического совета, и мы будем располагать всеми темп же данными, что и они. В общем, они будут нам помогать, сами того не ведая. Ведь профессор Тадокоро уже использовал этот метод, а мы его усовершенствуем. Но вот морское дно для них пока белое пятно, так что козыри в наших руках.
— Юкинага-сан, вам, наверное, будет неприятно, но мы собираемся использовать кое-какие наши изобретеньица… — Ямадзаки втянул голову в плечи. — Как вы думаете, что это?.. Не буду вас томить, скажу сразу: устройство для подслушивания компьютера!
— До чего мы дожили! — вздохнул Юкинага. — И вы пошли на это?
— Да, кое-где мы его используем… — Наката с кисловатой миной покусывал ногти. — Другого выхода нет. Штука-то немудреная. Установки на входе и выходе компьютера регистрируют и передают импульсы. Проанализировав соответствующим образом поступающую информацию, мы можем в общих чертах определить, какого вопроса она касается и какой ответ дал на нее компьютер.
— Ладно, будем считать, что я ничего не знаю, — безнадежно махнул рукой Юкинага. — Пусть это будет на вашей совести… Насколько мне известно, последнее время кое-кто в Международном совете по геодезии и геофизике начал проявлять повышенный интерес к изменениям земной коры Японского архипелага. Вот если ученые всего мира сосредоточат свое внимание на Японии, тогда…
— Время, Юкинага, время! — Наката хлопнул его по плечу. — Время — единственная паша надежда. Деятелей из совета я знаю. Они еще долго будут раскачиваться. Прежде всего устроят заседание, на котором будут петь дифирамбы японской сейсмологии, самой развитой в мире, а уж потом потихоньку начнут… Хуже будет, если нашими делами заинтересуются крупные иностранные монополии или военные круги. Но все-таки у нас еще есть время — давайте верить в это. Все дело в том, насколько мы их опередим… На сколько лет, на сколько месяцев, на сколько недель, на сколько дней… на сколько минут и даже секунд…
— Меня беспокоит еще одно. Известная нам Община Мирового океана лихорадочно разыскивает профессора Тадокоро, — сказал Куниэда. — Профессор отправил им докладную записку, срок договора с ними у него истек… По слухам, общинные заправилы изволят изрядно на него гневаться как на человека, не знающего ни чести, ни совести…
— Насчет чести и совести все мы хороши, — Наката похлопал себя по груди. — А что тогда говорить об Онодэре: серьезный инженер солидной фирмы, а взял да испарился в момент землетрясения…
При воспоминании об этом у Онодэры засосало под ложечкой. Ну, Есимура, ладно… а директора, наверное, оба были взбешены.
— Ладно, от нашей болтовни все равно никакого толку, — Наката, бросив на стол бумаги, громко зевнул. — Давайте сегодня как следует выспимся, а? Завтра начинаем исследовательские работы. Послушай, Онодэра-кун, не сходить ли нам куда-нибудь пропустить по маленькой вместо снотворного? Да и в знак знакомства не мешает. Впрочем, твой случай особый — ведь ты на какое-то время опять исчезнешь из Токио…
— Не плохо бы, — Онодэра поднялся, посмотрев на часы. — Посидим часок-другой.
Оставив в конторе одного Ясукаву, все отправились в бар с панорамным обзором на последнем этаже супернебоскреба, недавно построенного в районе Ееги. Темноватый зал, где едва можно было разглядеть человеческие силуэты, несмотря на непоздний час, был почти полон. Свечи под красными и зелеными абажурами бросали на столики колеблющиеся пятна света. Тихо играла музыка, негромко беседовали хорошо одетые пары. На дне сине-фиолетового полумрака, словно белесые животы рыб в темноте морского дна, колебались лица, обнаженные руки, плечи. Поблескивали драгоценности. Иногда, словно блицы, вспыхивали огоньки зажигалок.
Все пятеро заняли столик у окна и, заказав белое вино, подняли бокалы.
— Ну, — сказал Куниэда — за великое начинание…
— Какое уж тут великое начинание!.. — рассмеялся Онодэра.
— Давайте лучше за успешное завершение исследований.
— За успех, благополучие, «Кермадек»! — проговорил Юкинага.
— И за будущее Японии… — закончил Наката.
Тихо звякнули бокалы. Когда их наполнили второй раз, Онодэра, отключившись от общей тихой беседы, откинулся на спинку стула и сквозь стеклянную стену стал смотреть на раскинувшийся внизу ночной город.
