Арион подошел к одному из крошечных домиков. В каждом из них было сделано узкое отверстие, прямо около земли. Он шагнул ближе, нагнулся, чтобы заглянуть внутрь и, ошеломившись, дернулся назад.
Внутри домика лежали кости. Огромное количество костей.
– Это… это в каждом?
– Да, кости лежат везде, – ответил Брам, подойдя ближе к Ариону.
– Значит, это своего рода склеп?
– Можно и так сказать. Однажды, еще в очень давние времена, до нашего с тобой рождения, в горах произошла страшная трагедия. Началась чума. Нужно было что-то делать, как-то спасаться, но Валунские гвермонды никогда не покидали своего обиталища. Оставлять все на самотек было нельзя, так как в горах погибли бы сразу все. Чума ведь вещь такая, никого щадить не станет. Ни детей, ни взрослых, ни пожилых. Тогда они придумали отстроить такие склепы рядом с горами, чтобы зараженные смогли сюда приходить. Больные шли целыми семьями, забирались внутрь и ждали своей смерти. Просто лежали и ждали своего рокового часа. Оставшиеся в горах молились. Они просили Лириана забрать души бедняг поскорее, чтобы те не мучились в ожидании своей смерти.
– Мне даже представить такое страшно.
– Многое в жизни очень страшно себе представить, а пережить гораздо хуже. Война, мор. Это далеко не все вещи, которые пугают, но о которых мы не задумываемся. Представь себе женщину, у которой погибает ребенок во время родов. А что еще хуже, когда родителям выпадает доля пережить своего ребенка. Все это очень страшно, но об этом никто не говорит.
Арион тяжело вздохнул. Он даже не знал, что ему лучше сказать в такой ситуации. Брам сказал за него:
– Пойдем, не стоит так углубляться в проблемы нашей жизни. Их не стоит забывать, но говорить о них ежесекундно запрещено. Иначе ты погибнешь. Умрет твоя душа, которая должна жить.
Волшебники спустились с холма. С неба посыпались первые снежинки.
– Вот и зима пришла, – сказал Брам, созерцая легкие и плавно падающие белые хлопья.
– Немного рано в этом году.
– Не рано. Раньше, когда месяца не делили на равные количества дней, первый снег означал наступление зимы. И было совсем неважно, начнет он падать раньше или позднее обычного.
– Брам, давай немного тут задержимся.
– Это зачем еще?
– Хочу зайти внутрь горы, посмотреть на все своими глазами. Когда еще такая возможность выпадет?
– У нас даже нет света, чтобы там осмотреться.
– Я видел два старых, ветхих факела у главного входа. Они висели на стене. Мы ведь сможем их разжечь с помощью магии, – уговаривал гвермонд. – Пожалуйста, мы всего одним глазком глянем и пойдем обратно, зиму нам все равно уже не опередить. Ты вот сам-то был в этих горах?
– Бы… – Брам понял, что его ответ может привести к тысяче вопросов, поэтому решил соврать. – Был или не был, какая разница. Нам все равно идти надо. Мы довольно близки к своей цели.
– Тогда я зайду один. – Арион начал удаляться.
– Вот ведь несносный, – промямлил Брам и пошел за ним.
Подойдя к входу, маги нашли те самые факела, взяли их и, применив свою внутреннюю силу, зажгли огонь. Внутри оказалось гораздо холоднее, чем на улице. Каменный пол был в пыли и грязи. Над волшебниками распростерся ровный и красивый свод потолка, с боков виднелись громадные колонны.
Слабый свет факелов освещал лишь малую часть того, что было внутри. Но даже в такой кромешной тьме гвермонду удалось различить робкие движения вдалеке. К сожалению, их он увидел не на уровне пола, а прямо на одной из колонн. На самом ее верху.
Брам попытался высмотреть, кто же их нежданный гость, но так ничего и не увидел, пока неизвестный или неизвестное не начало приближаться к ним.
– Вот не могли ведь мы просто пройти мимо гор и двигаться дальше, надо всегда залезть, куда не надо. – Брам вытянул одну руку с факелом подальше от себя, вторую он уже приготовил для заклинаний. Он знал, что добром это не кончится.
Арион сделал то же самое и был готов к защите. Создание на мгновение исчезло, а потом вновь появилось перед их взором. То была огромная многоножка с черным как уголь туловищем, желтыми конечностями и длиной не меньше восьми метров.
Она неожиданно остановилась перед путниками. Брам уже поднял руку, приготовившись к атаке, но громкий голос остановил его:
– Стойте!
Маги замерли в ожидании. Многоножка не двигалась.
– Мезира вас не тронет, дорогие гости. Она просто проверяет, кто пришел к нам домой.
Арион и Брам одновременно повернулись в сторону говорящего. Перед ними предстал старик. Кожа у него была сморщена, сам он был не выше полутора метров росту, а на голове не было ни единого волоска.
– Раз изволили явиться ко мне, то нужно вас принять, как родных мне людей. Пойдемте в комнату, налью вам горячий чай. – Старик стал удаляться в сторону коридора, сокрытого в сумраке. Затем он остановился и, слегка повернув голову, проговорил: – Мезира, не смущай наших гостей, можешь занять свое место.
Многоножка тут же зашевелилась, что-то фыркнула и отправилась обратно на свою колонну. Старик продолжил свое движение, еле-еле перебирая ногами. Волшебники, осмотревшись, отправились за пожилым незнакомцем.
