Марта выкрикнула это и сама расслышала в голосе истеричные нотки. Они прозвучали визгливо, резанули слух, и она безотчетно мотнула головой. Продолжая щуриться, следователь смотрел на нее с благостным выражением варана, жертва которого уже готова сдаться. Ей даже почудилось, будто Логов улыбается…
И вдруг мелькнула непрошеная мысль, у самой вызвавшая отвращение: «А ведь интересный мужчина… Если б мы встретились при других обстоятельствах, мог бы он…» Марта остановила себя: не дай бог, этот тип все прочтет по глазам.
– А я знаю, – он понизил голос, который зазвучал обволакивающе. – Кто-то пустил луч обычной лазерной указки Мише в лицо. Прямо в глаз. Ослепил на миг, и он потерялся в пространстве. Всего на мгновение, но этого хватило.
Она подалась к нему, надеясь ухватиться за протянутую утопающему руку:
– Кто?!
Но это была обманка. Логов не то что отдернул руку, он даже не протягивал ее…
– Вы, – произнес он сухо, а Марте показалось, будто на нее опрокинули ведро кипятка.
– Что? Нет! Как вы можете так…
– Женщина. В публике сидела женщина с фонариком, которая именно это и сделала. Есть свидетель. И я полагаю, этой женщиной были вы.
– Я?!
Легко поднявшись, Логов прошелся по маленькой комнате, в которой совсем не осталось кислорода. Марте казалось, в любой момент она может лишиться сознания. Лицо девушки у стены плавало бледным пятном. Откуда-то всплыла строчка: «Луна, как бледное пятно…» Дальше она не помнила. Кто из их – русских – поэтов написал это? Вспомнить не удалось. Да и зачем?
Слова пробивались сквозь плотную пелену, окутавшую со всех сторон, сдавившую уши.
– У вас был мотив.
– У меня? – она с трудом сглотнула. – Какой?
Логов вздохнул, будто внезапно проникся к ней сочувствием:
– Вы ведь старше Михаила… Не будем уточнять, на сколько лет, но прилично. Парень натешился, получил опыт и решил, что этого достаточно.
– Ничего подобного!
– Его можно понять… Только вы уже влюбились в него к тому времени. И довольно сильно. Настолько, что не захотели отпускать. И решили, как сотни – да что я… тысячи! – женщин до вас: «Так не доставайся же ты никому».
Маленькая блондинка негромко кашлянула:
– Это слова мужчины. Карандышев из «Бесприданницы» так сказал перед тем, как убить Ларису Дмитриевну.
Живо обернувшись к ней, Логов на мгновение застыл. Лица его Марта в этот момент не видела, но почему-то ей показалось, будто он улыбнулся, – уши дрогнули.
– Запомню, – пообещал он. – Островского я, пожалуй, и не читал, только на сцене видел. Ну, кроме «Грозы», конечно, она же в школьную программу входила.
– До сих пор входит.
– Серьезно? Что-то не меняется… И слава богу! – К Марте он повернулся уже без улыбки: – Итак… Вы поняли, что не в состоянии оторваться от этого источника молодости и наслаждений. Может, вы и не хотели его смерти, только надеялись подпортить репутацию. В идеале Михаила уволили бы и он перестал бы причинять вам боль одним своим присутствием в цирке. Хотя вы ведь знали, что гимнасты работают без страховки, верно? Не могли не знать. Вы понимали, что падение могло закончиться… так, как и закончилось.
– Меня не было в цирке, – упрямо повторила она.
– Тогда где вы были?
Его голос прозвучал спокойно, и все же Марте почудилось, что у следователя кончается терпение и сейчас он шарахнет кулаком по столу. Прямо перед ней…
Она вжалась в спинку стула:
– Я… Это останется между нами? Мне… Понимаете, никто не должен об этом пронюхать.
Опершись о стол, Логов заглянул ей в глаза с откровенным любопытством:
– Да что ж вы такого натворили, роковая женщина?!
– Ничего… Я была у врача.
– У-у, – протянул он разочарованно, рот изогнулся подковой. – И стоило это скрывать?
– Стоило, – это прозвучало еле слышно.
– Вы же отдаете себе отчет, что мы проверим? И если вы не были на приеме…
– Была, – она с трудом сглотнула. – У… венеролога.
На мгновение воцарилась тишина. Потом Логов выпрямился, и голос его прозвучал уже серьезно:
– Это Михаил вас заразил?
Она вынудила себя кивнуть:
– Больше у меня никого не было. Даже с мужем мы не… В последнее время.
– Потому что Геннадий узнал о вашей связи с Венгром…
– Он ни слова мне не сказал!
– Он сделал, – Логов тряхнул головой. – Впрочем, не будем спешить с выводами… На какое время был назначен прием?
– На одиннадцать сорок пять.
– В начале первого вы освободились. Где находится клиника?
Марта назвала адрес. Даже без точных расчетов было понятно: чтобы добраться оттуда, ей при самом благоприятном раскладе понадобилось не менее получаса. Когда она вошла в цирк, Миша был уже мертв – гимнасты выступали третьим номером.
У нее затрепетало сердце: этот хищник ее не сожрет! Не по зубам оказалась… То, что Марта считала позором, обернулось спасением. А мерзкую болячку она вылечит. Заодно излечит душу, время от времени напоминая себе, чем Михаил одарил ее в обмен на любовь. Гадкий, прекрасный мальчишка!
– Ну что ж, – разочарованно протянул следователь. – У вас крепкое алиби – не подкопаешься…
– Я не готовила его. Вы же понимаете?
