– Ну, ее поет известная группа. Ты в курсе. Ла-ла-ла, ла-ла-ла…
– Ничего подобного не слышала. Вообще ни на что не похоже.
– Да ладно! Невероятно популярная вещица.
– Ага, что ты там напел? Слов не знаешь, кто поет – не помнишь…
– Слушай, я передумал. Не надо включать музыку.
– Слишком поздно. Устроим тебе ликбез. – Эбби пролистала свой плейлист. – Так, вот это даже самого толстокожего проймет.
Она нажала на кнопку воспроизведения, и заиграли первые аккорды композиции «Baba O’Riley» группы «Ху».
– О, я знаю эту песню, – Карвер расплылся в улыбке. – Это Teenage…
– Нет.
– Да! Я со школы ее помню. Это «Teenage Wasteland».
– Вот и ошибаешься. Нет такой песни. Это «Baba O’Riley». Но невежды считают, будто композиция называется «Teenage Wasteland» просто потому, что в припеве звучат эти слова.
– Знаешь что, лейтенант Маллен? Ты музыкальный сноб!
Эбби рассмеялась:
– Это мне передалось от дочери.
– Противоречит законам генетики.
– Иногда такое бывает.
– Сколько у тебя детей?
– Двое. Бену восемь, Саманте четырнадцать.
– Четырнадцать? Видимо, ты родила ее практически сразу после академии. – Джонатан наморщил лоб. – Я помню, ты встречалась с парнем… Стив, кажется? Это он отец?
Лейтенант Маллен откашлялась:
– Да.
– Супер! – Карвер продолжал улыбаться. – Мне он нравился. Профессор математики в Колумбийском университете, верно? Мы с ним долго болтали на пикнике по случаю выпускного. Похоже, и впрямь классный парень.
– Не такой уж классный, как тебе показалось. Мы развелись.
– Ой, прости. – Джонатан смутился.
– Да ладно, все уже позади. Послушай соло на скрипке, это лучшая часть песни.
Невероятная сольная партия Дэвида Арбуса всегда вызывала в памяти Эбби образ Саманты, которая исполняла этот отрывок, прикусив нижнюю губу и стараясь сыграть все чисто. Маллен ощутила чувство вины. Ее дочь до сих пор у Стива, злится из-за змеи Бена. Ради нее нужно уладить этот вопрос.
Песня закончилась, началась следующая композиция, «Bargain»[6].
– А у тебя есть дети? – спросила Эбби.
– Нет. Зато куча племянников и племянниц.
– Куча – это сколько?
Карвер не ответил и наморщил лоб.
– Джонатан, куча – это…
– Погоди, я считаю.
– Считаешь?
– Девятнадцать.
– Сколько?.. Ты врешь.
– Вовсе нет. Видишь ли, одной из моих сестер хотелось большую семью…
– И она родила девятнадцать детей?
– Что? Нет, конечно. Семь. Но у Дьюи – это один из моих братьев – появился ребенок, и он решил, что им нужен еще один. Родилась тройня. Итого уже одиннадцать. Еще три у Даны, один у Холли. А Джейк…
– Сколько же у тебя братьев и сестер?
– Из-за тебя сбился со счета. Четыре…
– Порядочно.
– …сестры. И три брата. Итого восемь. Мама тоже хотела большую семью. От нее и сестра заразилась этой идеей.
– Какого они мнения о тебе? Раз ты бездетный. Паршивая овца в семье?
– Нет, это Джеральд. Он в тюрьме.
– Прости, мне жаль. Я не хотела…
Карвер рассмеялся.
– Ничего страшного. Он жулик. Мошенничал, торгуя булыжниками через интернет. Утверждал, что это лунные камни, даже выдавал сертификаты, якобы подписанные космонавтами.
– Да ладно?
– Ага. Удалось продать более трехсот экземпляров, а потом его арестовали и дали два года. Мы навещаем его по очереди.
– Ого! Его сайт до сих пор существует?
– Нет, конечно.
– Я бы купила такой камень. Просто чтобы представлять себе, будто у меня есть кусочек Луны.
– Не купила бы.
– Нет, – согласилась Маллен. – Конечно, нет. Значит, у тебя семь братьев и сестер. И девятнадцать племянниц и племянников. Как вы празднуете Рождество?
– У Дьюи ферма в Техасе. Обычно собираемся там. И сильно шумим.
– Могу представить.
– Не можешь, – Джонатан заулыбался. – Никто не может. Гам стоит невероятный.
Эбби рассмеялась.
– Ладно, сдаюсь. Наверное, я и правда не могу себе этого представить.
Восемь детей… На что было похоже их детство? Сплошная суматоха, это точно. А у Маллен, после того как ее удочерили, жизнь текла спокойно, и часто было одиноко. Она не отказалась бы иметь брата или сестру.
– Значит, – начал Карвер, – ты была в секте Моисея Уилкокса вместе с Иден?
У Эбби сердце оборвалось.
– Как ты узнал? – спросила она, и ее голос превратился в едва слышный шепот. Неужели Уилл сказал? Если так, то это удар ниже пояса. Сержант Верин никогда…
– Я не знал точно. До этого момента.
Вот идиотка! Попалась на старую, всем известную уловку… Лейтенант Маллен глядела в окно и молчала.
– Те слова, что ты говорила миссис Флетчер, про микробов, показались мне странными. Не мог понять, что к чему, – продолжал Джонатан. – Но было похоже, что между вами существует взаимосвязь. И это нечто большее, чем обычное знакомство. Вчера, после того как ты сказала, что Иден провела детство в религиозной общине, я навел кое-какие справки. Об одержимости Моисея Уилкокса микробами хорошо известно. И когда ты рассказывала о сектах, мне не показалось, что ты просто много о них знаешь. Звучало так, будто…
– Я сама это пережила, – безучастно продолжила Эбби.
– Ну да. В прессе не упоминались имена заложников Уилкокса, которым удалось выжить. Но говорилось, что это три ребенка. Две девочки семи и тринадцати лет и мальчик двенадцати лет. Возраст совпадает.
