– Если тебе от этого легче, обыскивая вещи Теда на мельнице, мы нашли жестяную коробку. В ней были сделанные Андерхиллом снимки всех троих подростков, еще живых и уже мертвых. И разные другие оставленные им на память предметы, доказывающие вне всякого сомнения, что убийца – именно он.
– Что ж, сэр, считайте, что я официально во всем признался. Какие меры вы ни примете, я буду считать, что получил по заслугам. Я убил человека, пусть даже и случайно, и не нашел в себе сил сознаться.
Дэвид вздохнул.
– Сказать по правде, я не вижу ни малейшего смысла принимать какие-либо меры теперь, когда прошло столько лет. Андерхилл – детоубийца. Близких родственников у него не осталось. Ты упорствуешь в своем намерении отправиться на пенсию, так что от твоего признания никому не будет ни малейшей пользы, а от дальнейшего неведения – никакого ущерба. – Он накрыл своей рукой руку Мэтта, чтобы помочь тому унять дрожь. – Ты и так достаточно настрадался. Давай считать, что я ничего не слышал, хорошо?
В запавших глазах Балларда стояли слезы.
– А Джемма? Как мне быть с этим?
– Частично поэтому я и решил тебя проведать. У меня есть новости, от которых, надеюсь, тебе станет легче. Основываясь на информации, добытой Джеммой и Тедом в поисках ее родственников, я провел собственное небольшое расследование. – Дэвид помолчал. – Уже
– Ошибалась? – Мэтт моргнул. – Так значит, все, что они сделали… Все коварные планы, многолетние труды? Убийства? Эди? Все было вообще без причины?
– Без причины, – кивнул Редпат. – Тем не менее кое в чем она была права. Лора убежала, потому что была беременна. От другого. Она не могла тебе признаться. И решила скрыться.
Мэтт опустил взгляд к одеялу, глубоко, с присвистом вздохнул, потом медленно выдохнул.
Выпустив его руку, Дэвид поднял собственную и сжал ему плечо.
– Во всем этом деле ты был лишь невинной жертвой, начиная с того момента, когда Лора собрала чемоданы и отправилась восвояси. Теперь понимаешь, почему я считаю, что ты и так достаточно настрадался?
– По сравнению с тем, что выпало на долю Эди и Лиз, мои страдания – ничто.
– Вот только не нужно недооценивать то, что ты перенес, – отрезал Редпат. – Никакой другой известный мне полицейский не смог бы всего этого выдержать и не рехнуться.
– Пока еще неизвестно, что я там такое смог выдержать. Мне эта мельница каждую минуту мерещится. Господи! – Мэтт с ужасом уставился на суперинтенданта. – Вы обыскали вещи Теда! Там был фильм… Он сделал ролик из…
Дэвид вытащил из кармана пару блестящих DVD и протягивает ему.
– Как я уже сказал, у меня было несколько причин для визита. По-моему, это твое. – Редпат усмехнулся. – Один диск из проигрывателя на мельнице, другой содержит оригинальные материалы. Боюсь, мне придется тебя огорчить: при копировании информации с диска компьютера Теда мы налажали. Ухитрились случайно удалить целую папку. – Он сунул диски Мэтту под подушку. – Я бы на твоем месте их сразу уничтожил.
– Но вы не… – Мэтт смертельно побелел.
– Нет. Я видел только изображение Лиз у двери твоего дома. И что у нее в руках – бутылка вина. Когда мы нашли у Теда кое-какое весьма дорогое видеооборудование, я, с учетом его основной профессии, заподозрил, что дальше на записи может оказаться…
Он наградил Мэтта ухмылкой.
– И, полагаю, мне есть в чем еще себя упрекнуть. Своей властью я приказал конфисковать ряд фото, которые, как я полагаю, могут доставить некоторым вполне достойным полицейским серьезные неприятности. До тех пор, пока я не решу, что с ними делать, они останутся у меня.
Суперинтендант посерьезнел.
– Само собой, нас ждет длительное внутреннее расследование, в частности, на предмет того, как я мог допустить присутствие гражданских лиц во время вооруженной операции, но эти фотографии в любом случае не должны повлиять на его результаты. Свидетельств хватает и так, выставлять личную жизнь моих детективов на всеобщее обозрение нет ни малейшей необходимости.
Дипломатично не обращая внимание на катящиеся по щекам Мэтта слезы, Дэвид встал и разгладил складки на брюках.
– Ну и последнее – Джейсон и вся его семья передают пожелания скорейшего выздоровления, он сам намерен посетить тебя при первой же возможности. Кроме того, есть новости из дома престарелых. Твоя матушка все в том же состоянии, однако местная директриса сообщила, что с момента твоего посещения она сделалась намного спокойней. Они не очень понимают, чем это вызвано, поскольку никаких новых лекарств ей не назначали. И совсем уже напоследок – Гэри Хэйнс настаивает, чтобы я извлек тебя из постели, усадил в кресло-каталку и отвез в палату к Лиз, чтобы ты немного с ней побыл. Не возражаешь?
