– Я не располагаю подробностями, суперинтендант, все, что у меня есть, – записи насчет мальчика по имени Ричард из личного дела Джеммы. Однако я склонна полагать, что да, безусловно. Если читать между строк, то он тоже пострадал. Вероятно, значительно сильней, чем маленькая Джемма.
Швырнув телефонную трубку на аппарат, Редпат буквально выбежал из кабинета.
– Джейсон! Похоже, у меня кое-что есть! Найди Уилкинсона и узнай, как продвигается работа над восстановлением облика убийцы. Нам нужно его фото, и как можно быстрей.
Джейсон выбежал из оперативной комнаты, а Дэвид уселся за ближайший свободный стол и схватил телефон. Шансы застать кого-то в этот час на работе были достаточно скромными, но на автоответчике может быть контактный телефон для связи во внеурочное время. Он набрал номер.
– Добрый вечер, чем могу помочь?
– Епархиальное агентство по усыновлению?
– К сожалению, вам придется перезвонить завтра утром. Я здесь только потому, что мне пришлось зайти по срочному делу.
Надеясь, что сотрудник агентства не окажется бездушным формалистом, Дэвид вкратце изложил суть дела.
После паузы мужчина ответил:
– Я вряд ли вам помогу, я здесь всего пятый год работаю, однако я могу вывести вас на человека, который занимался этим делом. – В его голосе звенело напряжение.
– Но про Ричарда вам известно?
– Про Ричарда у нас известно каждому.
– Почему?
– Лучше, если вам объяснит мой начальник, Леонард Джонсон. Он знает все подробности. Пожалуйста, оставьте ваш телефон; я сразу же позвоню ему, а он перезвонит вам.
Дэвид положил трубку, чувствуя, что каждый нерв внутри натянут, словно канат. Намечался прорыв.
– Вы в порядке, сэр? – Брин поставил перед ним дымящуюся чашку с чаем.
– Если не считать того, что я буквально дрожу, ожидая звонка, который может перевернуть все дело, – благодарю вас, я в полном порядке, детектив.
Брин округлил глаза.
– Да?
– Постучите по всему, до чего только дотянетесь, детектив-констебль Оуэн, и будьте наготове.
Брин схватил куртку. Оба уставились на телефон.
– К слову, Кларксон решил остаться, сэр. Хотя ему тут явно не нравится. И еще он сказал, что старший инспектор попросил его какое-то время поводить нас за нос, но он его не послушался. И отправился к нам, как только Мэтт уехал.
– Нам тем более следует ему доверять. – Дэвид заерзал на стуле, отхлебнул горячего чаю. – От Гэри Хэйнса что-нибудь слышно?
– Я не в курсе. Его встреча с начальством, должно быть, затянулась.
Телефон наконец-то задребезжал. Дэвид схватил трубку и набрал в грудь побольше воздуха.
– Суперинтендант Редпат.
Быстро объяснив всю серьезность ситуации, он стал слушать, делая быстрые пометки на лице бумаги.
– Так значит, Ричард действительно дружил с Джеммой Годдард и, как и она, наконец нашел хорошую семью?
– В общем-то да, суперинтендант, но на этом проблемы не кончились. Понимаете, Ричард был очень умным ребенком. Солидные родители: отец преподавал в университете, мать занималась наукой. Оба погибли в катастрофе легкомоторного самолета в Суррее, когда Ричарду едва исполнилось три.
– А почему ребенка не забрали родственники?
– Родственников не нашлось, во всяком случае, готовых взять на себя заботу о малыше, – продолжил Джонсон. – К тому же и наследства совсем не оказалось. Одни долги. Ричарда должна была защитить специально созданная для этого система, суперинтендант, но она допустила ошибку.
– Как и в случае с Джеммой.
– Именно, суперинтендант. Однако Джемма оправилась быстро, а Ричард – не сразу.
– Можно поподробней?
– После столь же ужасного детства, как и у Джеммы, Ричарда наконец приютила семейная пара из Кембриджа. У них были прекрасные рекомендации, а их собственный ребенок погиб от несчастного случая. К несчастью, когда Ричард попал в семью, приемная мать пожалела о своем решении. Стала пить, а когда Ричарду исполнилось десять лет, попыталась сжечь дом вместе с ним.
– Господи! Бедный ребенок!
– Все закончилось более или менее благополучно. Оба родителя погибли, а Ричард получил ожоги, но выжил, и его формально усыновил дедушка, отец матери. Который с самого начала полюбил мальчика и чувствовал огромную вину за то, что сделала его дочь. Он и воспитал Ричарда.
– И его нынешняя фамилия?
– Коттон.
– А дата рождения?
– Мы никогда не знали ее в точности, суперинтендант. Известно, что ему сейчас двадцать восемь, хотя свидетельства о рождении мы не видели.
– А дедушку как звали, мистер Джонсон? Он еще жив?
– Да, с ним все в порядке. Его зовут Гарри Коттон, и, если вы обождете минутку, я сообщу вам его адрес.
Дэвид услышал знакомый стук пальцев по клавиатуре.
– Повезло, он живет в Олфорде. Это ведь от вас совсем недалеко?
– Даже очень близко. Могу я узнать полный адрес и телефон, сэр? – Записав подробности, Дэвид вырвал лист из блокнота. – Благодарю вас, мистер Джонсон. Огромное спасибо! – Он швырнул трубку и вскочил. – Брин! Сообщи Джейсону Хэммонду, куда мы направляемся, и добудь машину. В темпе! Я позвоню по дороге и сообщу, что мы едем.
Мэтт вдруг очнулся и широко раскрыл глаза. Сердце грозило выскочить из грудной клетки.
