– Ну и удивил ты меня. Газет что ль не читаешь? – проговорила бабка строго. – Всегда это было. Просто знают об этом только те, кто сталкивается с колдовством, некоторые догадываются, другие чувствуют неладное. – Она печально сложила руки под подбородком. – Страдать, милый, от этих паразитов доводилось каждому. Оглянись вокруг, тут ты прав, раньше такого разгула не было, боялись они, осторожничали, власть жёстче была. Стоило шепнуть, кому следует, за такое дело вмиг сослать могли. Теперь же им полная свобода. Да ты не пугайся так, – улыбнулась она, замечая, как побледнело лицо Данила, – напрямую-то они ничего не делают, пакостят только. Но вред, сам понимаешь, разный бывает. Может у коровы молоко пропасть, может у ребёнка живот разболеться, а то что и похуже. – Она призадумалась, вглядываясь в лицо Данила, как бы решая для себя, стоит ли всё ему выкладывать, затем продолжила: – Вот подумай, откель нынче столько маньяков развелось да убивцев? – она многозначительно подмигнула ему, он пожал плечами в недоумении. – Не знаешь? То-то и оно. Маньяки тоже, небось, не знают, как им такие зверства в голову приходят. Вот и люди вокруг удивляются: жил человек, никого не трогал, и вдруг на тебе – убийца! А рядом с ним живёт соседка-тихоня, и никто не догадывается, что она всю эту мерзость, ему в голову вбивает.
Данил беспокойно заёрзал на стуле, силясь представить весь этот бред. Червь недоверия закопошился в его мозгу. В конце концов, он же не фанатик какой, чтобы начинать охоту на ведьм, следуя домыслам старой женщины.
Точно разгадав его мысли, она глянула на него с укором:
– Вот и ты сомневаешься вместо того, чтоб мозгами пораскинуть. Возьмём, к примеру: шёл человек через дорогу и попал под машину. Судьба, скажешь? Так вот, эта судьба стоит где-то рядом, манит человека, а он, поддавшись чарам, идёт прямо под колёса. – Бабка встала из-за стола и продолжила с жаром. – А взять самоубийц, что их толкает свести счёты с жизнью?
– По Вашим словам, выходит, все неприятности, происходящие с людьми, дело рук ведьм? – усмехнулся Данил не добро. – Только Вы забыли объяснить, зачем им это нужно?
– Всему виной злоба, душит она их, ест изнутри. Не знают они другого способа, кроме вредительства, чтобы избавиться от зависти.
– И как же человеку противостоять им?
– Выход только один, – сказала бабка с нажимом, поднимая палец вверх, – не поддаваться их чарам.
– Как же распознать, сам ты так думаешь, или кто другой навязывает?
– Да очень просто, – рассердилась она бестолковости Данила, – почувствуешь неладное, противоестественное, знай, нашёптывает кто-то. Иначе сам сгинешь, и душа твоя на том свете маяться будет.
Данил, как ни старался, не смог опровергнуть суждение бабки, да и чувствовал подсознательно, что права она, своими же глазами видел колдовство. Отрицать явственное глупо. Как ни чудно было происходящее, он всё же оказался очевидцем немыслимого, безумного и в то же время совершенно реального факта. Возможно, и его семейная жизнь не сложилась по вине какой-нибудь вредной пакостницы.
– Как они становятся такими? – задумчиво произнёс Данил.
Бабка изучающее окинула его пронзительным взглядом с ног до головы, как бы прикидывая в уме, годен ли он для её задания и поспешно ответила:
– По наследству им это проклятие передаётся, по женской линии, испокон веков. Только не каждая ведьмой становится, а та, что в силу сложившихся обстоятельств подсознательно готова ею стать.
Сказав так, она затихла и занялась уборкой со стола, предоставляя Данилу время переварить информацию. Она тихо ходила взад и вперёд по кухне. Часы с маятником мерно постукивали. Данил думал, напрягал память. Ему хотелось вспомнить, кому мешала его собственная жизнь, семья, счастье. Кто мог завидовать и ненавидеть с такой силой, что хладнокровно разрушил всё то, что ему было дорого. Он хотел во что бы то ни стало вычислить виновника своих неудач, смутно понимая, что он, Данил, и есть тот самый человек. И всё же была надежда, что поступил он так по чьему-то страшному наитию.
Бабка негромко кашлянула, выводя Данила из оцепенения:
– У меня к тебе будет просьба, – сказала она тоном, не терпящим возражения.
И Данил явственно понял, что никакая это не просьба, а самый настоящий приказ. Он поднял голову и встретился взглядом с её глазами.
Она улыбнулась, видя его насквозь, читая его мысли и чувствуя его панический страх перед неизвестностью.
– На тебя возложено осуществление некой очень важной миссии, – заявила она торжественно.
– Кем возложено? – испугался Данил.
– Мною! – воскликнула она с вызовом. – Разве тебе этого недостаточно?
Вопрос повис в воздухе. Данил не рискнул выразить свои сомнения по поводу её полномочий.
– Так вот, – продолжила она, – не так давно в соседней деревне померла старуха. Она была очень могущественной ведьмой. Перед смертью она передала свою силу внучке, надеясь через неё осуществлять свои злые намеренья. Теперь внучка стала проводником её дьявольской силы в наш мир.
Данил тупо уставился на бабку. Со смешанным чувством страха и недоверия он робко пробормотал:
