Вели нас очень грамотно, Кастра всего два раза смогла засветить их на мини-карте группы. Заинтересовавшись тем, как это у них получается практически без прямого зрительного контакта так точно определять наше положение, решил шепотом расспросить у Расты. Ведь от обнаружения большинства технических средств защиту давало наше снаряжение, на которое мы спустили до неприличия много очков. А та техника, которая могла нас обнаруживать, явно не встречается на нижних уровнях.
Все оказалось намного проще: к каждой группе патрулирования был приписан псион со способностями сенсорики. Естественно, было тяжело найти два идентичных проявления, но даже банальных эмпатов, которые в той или иной мере ощущают эмоции живых существ, у этого поселения хватало. Да и привилегии у них были достаточно большие, что неплохо стимулировало новый приток псионов с сенсорными способностями. Которых местное начальство с радостью принимало к себе, даже несмотря на то, что у поселения уже достаточно давно образовалось собственное семейство, можно даже сказать, клан сенсоров, где способность к обнаружению живых передавалось генетически.
Сначала наше сопровождение начало отставать, а потом из-за угла очередного здания нам открылся вид на шестиметровые бетонные стены, окружающие все поселение, на триста метров от которых все здания и потенциальные укрытия были разобраны до основания. Каждый сегмент стены напоминал квадратный бетонный блок, потому как в ширину он тоже был шесть метров.
Все блоки между собой были скреплены толстыми стальными пластинами, или, скорее всего, даже Т-образными уголками, утопая одной стороной в паз между блоками. Поверх стены еще примерно на метр возвышалась стальная решетка с ячейками сантиметров десяти. Но каждые три метра в решетке зияли проемы, в которых хищно скалились спаренные крупнокалиберные пулеметы. Как-то неуютно сразу же стало, когда с десяток таких грозных аргументов в любом споре почти одновременно развернулись в нашу сторону.
— Сомневаюсь, что щит выдержит очередь хоть из одного такого пулемета, — покачал головой Тилорн. — Про общий залп я вообще молчу.
— Знаешь, дружище… — протянул я, рассматривая оборону. — Такой залп и я не выдержу, даже если всю энергию солью на крылья для защиты.
— СКМК «Ураган», — с восторгом протянул Кварц, а заметив, что после этого мы уставились на него, решил пояснить. — Спаренный крупнокалиберный мобильный комплекс «Ураган». Калибр пятнадцать целых и шесть десятых миллиметра, имеет три типа боеприпаса: бронебойные с высокопрочным сердечником, зажигательные с раствором, который воспламеняется при соприкосновении с кислородом, и разрывные осколочного действия с детонатором в носике патрона, который срабатывает при ударе свыше пятидесяти джоулей, создавая облако осколков с эффективной поражающей дистанцией до десяти метров.
— Эм… — Я даже попытался почесать затылок, но наткнулся на заднюю часть шлема. — Ты же вроде мечтал стать пилотом робота, а не оружейником.
— Ну да, просто с инженерами на базе буквально перед отправкой пытались приспособить такой комплекс как ручной пулемет для боевого робота среднего класса. Но вылезла проблема с распределением отдачи по несущему механизму…
— Все-все, я понял, не грузи! — выставил я перед собой ладонь в защитном жесте.
— Это еще ничего, он иногда с вечера как начнет рассказывать про свою гидравлику, механику, нагрузки и какие-то компенсации, так хочется чем-то тяжелым стукнуть, чтобы наконец-то обратил на меня внимание, — с грустью в голосе нажаловалась Кастра, идущая возле Тилорна.
— Кастрочка, — положила руку ей на плечо Алена, — как появится минутка, я тебе расскажу пару хитростей, перед которыми ни один мужчина не устоит, даже если всецело погружен в свои игрушки.
— Я не понял, а чего это мы расслабились? — с напускной строгостью поинтересовался я. — Нам еще нужно убедить местных, что мы не враги, а потом еще и как-то уговорить их примкнуть к нам в большой заварушке.
— Все нормально, — отмахнулась от моих слов Алена. — Несмотря на то, что данное поселение на первом уровне, оно одно из самых безопасных. Да и не думаю, что разговор будет слишком тяжелый.
— Все равно мне ваша расслабленность не нравится, — пробурчал я практически себе под нос.
Я, конечно, мог бы с ними поспорить, или вообще в приказном порядке заставить собраться, но мы уже подходили к воротам в поселение, и не хотелось устраивать воспитательные процедуры на глазах у посторонних. Тем более что остальные бойцы группы тоже расслабились и негромко переговаривались, даже подшучивали над сослуживцами.
Может, я чего-то не знаю или просто не понимаю, но общая расслабленность, которая проявлялась все больше по мере того, как мы подходили к стенам поселения, меня начинала нервировать. Но вот подумать над этим вопросом мне не дали разъехавшиеся ворота, впускающие нас в этакий шлюз метров пятнадцати длиной.
