– Этим глексенам я могу доверить собственную жизнь, – сказал он.
Мэри кивнула:
– Мы можем на них рассчитывать. Но больше ни в ком уверенности нет.
– Ну, – сказал Понтер, – ни в ком в
– И что? – спросила Мэри.
Понтер пожал плечами:
– И закрыть портал. Разорвать связь. Защитить наш дом.
– Больше дюжины барастов находится по эту сторону портала, – напомнила Мэри.
– Значит, мы должны сперва переправить их домой, – сказал Понтер.
– Они здесь как раз для того, чтобы
Понтер нахмурился:
– Всё равно, слишком опасно позволить Джоку найти способ доставить вирус в наш мир.
– Может быть, мы всё не так поняли? – сказал Адекор. – Может быть, Джоку не нравится наше присутствие здесь, на этой Земле? Может быть, он собирается выпустить вирус здесь?
– В этом случае, – сказал Понтер, – первоочередной задачей опять-таки является переправка всех барастов на ту сторону. Но ты ведь слышал, как он сказал: «Я получаю доклады о приезде и отъезде всех неандертальцев». Ему было бы проще отследить горстку барастов, которые уже находятся здесь, и убить их более простым способом.
Адекор глубоко вздохнул:
– Да, думаю, ты прав. – Он посмотрел на Мэри, потом снова на Понтера. – Когда ты в первый раз вернулся отсюда, я спросил тебя, хорошие ли глексены люди и стоит ли нам с ними общаться.
Понтер кивнул:
– Я помню. Это моя вина. Это…
– Нет, – решительно сказала Мэри. Если она что и вынесла из брошюр, которые ей дала Кейша, так это то, что никогда не следует винить жертву. – Нет, Понтер, ты ни в чём не виноват.
– Как скажешь, Мэре. Так что же мы будет делать?
– Сегодня вечером, когда он уйдёт, я проберусь к его компьютеру, – сказала Мэри, – и изменю схему вируса так, что он станет безвредным. И будем молиться, чтобы у него ещё не было этого вируса в готовом виде.
– Мэре… – начал Понтер.
– Я знаю, знаю. Ты не молишься. Но, возможно, стоит начать.
Когда они вернулись в особняк, их уже ждал Джок. Мэри думала, что сейчас у неё разорвётся сердце.
– Адекор, Понтер, – сказал Джок. – Боюсь, вам придётся нас покинуть.
– Почему? – спросил Адекор.
– Звонили из больницы. Состояние Лонвеса ухудшается, и они не знают, что делать. Его надо отвести обратно в ваш мир и лечить его там. Я договорился с ВВС, его отвезут в Садбери на военном самолёте, но он хочет, чтобы вы двое его сопровождали. Он говорит… я прошу прощения, но он говорит, что долго не протянет и хочет успеть обсудить с вами свои идеи по поводу квантовых вычислений.
Понтер взглянул на Мэри. Мэри приподняла брови – выбора у них не было.
– Я отвезу вас в аэропорт, – сказала она.
– Да, кстати, – сказал Джок. – Прежде чем вы уедете, один вопрос.
– Да? – ответил Понтер.
– Когда будет – как вы это называете? Двое становятся Одним? Когда это будет в следующий раз?
– Через три дня, – ответил Адекор. – А что?
– Да так, – ответил Джок. – Праздный интерес.
Кодонатор остался в сейфе Джока, чтоб ему пусто было. Мэри очень хотела взять его с собой, когда они с Луизой поедут в Канаду, но это, похоже, было невозможно. Однако, пусть сейф Джока и оказался неприступен, компьютер таковым не был. Луиза без труда подобрала его пароль – им оказалось слово «минимакс», которое, как Мэри смутно припоминала, имело какое-то отношение к теории игр. После того как вечером все разошлись, Мэри проскользнула в кабинет Джока, а Луиза вернулась к себе в лабораторию.
Мэри ввела «минимакс» в окошко ввода пароля и получила доступ к скрытым файлам на сервере «Синерджи». Она щёлкнула на иконке Surfaris, и открылось окно программы USAMRIID Geneplex со схемой вируса. Мэри принялась за её модификацию.
