Фрида живет в стране пластилиновых человечков. Есть такая легенда, что с тем, кого выберешь ты, если он выберет тебя, из окна, которое выберет вас обоих можно гулять по облакам. И это самое большое счастье на свете. Но один человечек приватизирует озеро денег и вокруг него начинают слепляться остальные, в итоге образуя чудовище, которое разрушает университет, крушит киоски, ломает все на своем пути – Гидра.... Как Фриде ходить по облакам, жить и работать, если мир превратился в чудовище?Художник обложки Прядко. Л.Содержит нецензурную брань.
-… и мы пошли по облакам.
– Что значит, пошли по облакам?
– Ну, вот так, взялись за руки, встали на окно и шагнули в небо. Если б ты знала, как это… Такое сразу тепло… Не жара, как летом, что невозможно дышать, а такое тёплое тепло. Ну… как будто приходишь с мороза, и тебе сразу тепло. Можно соприкасаться только кончиками пальцев, и ты всё равно не упадёшь. Но я взяла его под локоть, – Вита мечтательно закатила глазки, – По небу идёшь, а ногам мягко, как будто идёшь по… Не знаю, как это. Наверное, похоже, как по воде, но не так всё равно. На облака наступаешь, как на вату, но не проваливаешься. Хочешь, стоишь на облаке, хочешь, идёшь дальше…
– Страшно. Я вообще высоты боюсь, – сказала я.
– Нет, не страшно. Там не высота. Там невесомость. И это клевая невесомость. Просто, знаешь, когда ты с этим человеком, ты не думаешь, что можно упасть, ты только думаешь: «Какое счастье, что он со мной». Ну, знаешь, как бывает, есть места, где тебе однажды было хорошо. Не люблю этого слова… комфортно. Со всех сторон клёво. И ты хочешь в этом месте остаться навсегда. У тебя такое бывает?
– Нет.
– Да врёшь ты, у всех бывает.
– Было один раз, мы приехали во Владивосток к родственникам, я сидела на дереве, дерево качалось, а я книжку про троллей читала. Я потом эту книжку потеряла и нигде не могла найти. Хорошая книжка… Мне тогда лет десять было. Почему вспомнила – не знаю. Я это дерево часто вспоминаю. В него я бы хотела вернуться…
– Так вот, там, на небе, всегда хорошо. Хочешь, чтобы играл рок, будет играть рок, хочешь попсу, будет попса. А, впрочем, не так. Какая-то музыка будет играть, и потом ты будешь думать, что она самая клевая.
– Даже частушки?
– Даже частушки.
– Ой, я не хочу, чтоб на моём небе пели частушки.
– Дура, если там будут петь частушки, они для тебя будут самые клевые, и ты всегда, когда будешь слышать эти частушки, будешь вспоминать небо…
– Я не хочу всё равно. Я ненавижу частушки!
– Дура ты, так ничего и не поняла. Там вообще может не быть музыки. Просто если она будет, ты будешь помнить её всегда. А ещё там можно увидеть город, как на ладони.
– А он и отсюда, как на ладони.
– Да отсюда не то. Отсюда ты смотришь. И просто город, просто люди. Просто огни. Просто море. Отсюда просто вид из окна. А там, ты как будто над всеми. Все чем-то грузятся, а ты ничем не грузишься, ты просто гуляешь по небу. С ним.
– А с девчонкой можно гулять по небу?
– Если ты лесбиянка.
Вита громко захохотала.
– А ты лесбиянка?
– Нет.
Конечно, нет. Просто я подумала, что было бы здорово гулять по облакам. С Витой. С ней не страшно, она же это делала. Многие мои знакомые девчонки тайком жаловались, что хотели бы гулять по облакам, но не могут никого найти. А то, что нашла Вита, в этом не было ничего особенного. Вита как будто бурлила. Как будто цвела. Она постоянно фонтанировала идеями, шутками, историями. Вокруг неё всегда собиралась компания. Пацаны, девчонки, дети, даже кошки и собаки. А один раз голубь прилетел. Она часто менялась. Она любила яркие одежды, и вплетать в волосы цветы. Вита была очень-очень живая. Такое человеческое олицетворение жизни. Если бы я была парнем, или хотя бы лесбиянкой, я бы хотела гулять по небу с Витой. И я понимаю, почему именно ей это удалось.
– Гулять по облакам можно только с человеком, которого выберешь ты, и который выберет тебя. И только из окна, которое выберет вас обоих, – вдруг сказала Вита.
– А что будет, если человек не тот или окно не то?
– Вы разобьётесь.
– Пожалуй, найти человека несложно. По облакам любой дурак захочет гулять. Но как понять, что именно это окно выбрало нас? Это же невозможно.
Вита снова захохотала.
– С точностью наоборот. Человека найти очень сложно. Наверное, это самое сложное в жизни. Смысл не в том, чтобы с кем-нибудь, без разницы с кем, ходить по небу. Смысл в том, что тот человек, которого ты выберешь, он настолько клёвый. Со всех сторон клёвый, что не страшно выйти с ним в окно и разбиться. И для него ты такая же со всех сторон клевая, что ему не страшно тоже. А окно найдёт вас само. Если ты встретишь такого человека, вы просто однажды окажитесь в месте, где есть окно и решите «А не прогуляться ли нам по небу». И тогда вы будете ходить по облакам и купаться в невесомости. А если вы специально будете искать это место, вы рухните. Гулять по небу – это чудо. Это подарок. Его нельзя просчитать специально.
Тут дверь распахнулась, влетела Вера.
– Вита, Фрида, вы ещё здесь? Все только вас и ждут.
Мы огляделись – в аудитории мы остались одни. Все пошли на «эксперимент». Вита вскочила и побежала за Верой. Я попыталась их догнать, но они бежали слишком быстро. На лестнице… Я не знаю, то ли каблук подвернулся, то ли было скользко. Я полетела… Вроде не ударилась, но как-то глупо получилось. Девчонки остановились.
– Блин, у тебя вечно что-нибудь. Как с тобой сложно, – сказала Вера.
Наверх поднимались два парня. Тот, у которого были светлые в лёгкую волну волосы и длинные… длинные-длинные ресницы, подал мне руку, потом, когда я встала, обнял за талию.
– Больно? – спросил он.
Я покачала головой.