Старейшина прекрасно знал капризы местной природы, но прожив здесь долгое время, научился терпеть резко опускающуюся температуру, что, конечно, не могла повторить его собеседница.
Встрепенувшись, она подняла руки и застегнула воротник своей одежды. Становилось действительно холодно.
Ветер нещадно бил в самые уязвимые и незащищенные места ее одежды, врываясь под нее и охлаждая нагретое тело до состояния неконтролируемых мышечных сокращений.
Надо было что-то предпринимать.
Филина понимала, что не может пойти на поводу старейшины Ноувелла и принять его предложение. Те, кто обрезал ее волосы и забрал документы, видимо, предусмотрели подобный вариант и напрочь обрубили любые возможные варианты решения возникшей проблемы.
Но что делать сейчас? Охрана зажиревшего старейшины стояла на своих местах и не собиралась уходить. Старик ждал ответа.
Женщина нервно теребила руками и заставляла свой мозг работать на пределе возможностей. Комбинации, варианты, все это летало в ее голове с невероятной скоростью. Просчитывался каждый шаг, каждое слово и последствия, что стояли за ним. Нельзя было упускать момент.
— Какие гарантии?
Она задала вопрос, ответ на который был известен заранее.
— Никаких, и вам это хорошо известно.
«Вот теперь все»
Аргументы закончились. Слов больше не надо было. И она и он понимали, что диалог подошел к своему логическому концу, требовавшему развязки. Немедленно.
— Ну что, женщина. Я хочу услышать твой ответ. Ты примешь мои условия или нет?
Вопрос железной сваей был вбит между старейшиной и Филиной. Теперь никаких отговорок и глупых вопросов. Только конкретика и ничего более.
Женщина хранила молчание.
Наконец, когда прошло несколько секунд, в моей голове появилась знакомая боль. Она возникла где-то в затылке и, как крот, медленно продвинулась к самому лбу, где смогла превратиться в уже знакомые слова.
— Ты готов, Рик?
Тело напряглось. Руки сжали оружие и были готовы действовать.
Я смотрел в то место и уже представлял кто будет следующим после Ноувелла.
Рисковать было нельзя. Как только пуля пробьет его лоб и, разорвав все внутри, вылетит с противоположной стороны, у меня будет секунд три на то, чтобы убить еще двоих. Тех самых, что стояли позади Филины и стерегли путь, по которому она могла убежать в случае опасности. Но остальные… Что делать с ними?
Не пройдет и десяти секунд как они уже будут готовы дать отпор и вести прицельный огонь по любой точке в этом месте. Она просто не сможет скрыться от них. Здесь нет даже природных укрытий, чтобы она спряталась и на время укрылась от вражеских пуль.
«Черт, все слишком плохо»
— Жду твоего сигнала.
Договорив, я еще сильнее прижал приклад к плечу и навел прицел прямо на голову старейшины.
Секунда. Другая. В голове появился сумбур. Слова. Обрывки эмоций, которых никогда не было. Что-то странное заполнило мой мозг и заставило на мгновение отвернуться от прицела. Боль. Она усиливалась. Напряжение росло с невероятной силой.
Филина. Это она. Ей страшно. Я чувствовал это и принимал ту часть боли на себя.
— Убей его, Рик.
Сила с которой эти слова появились у меня в голове, не оставили мне другого выбора. Да и был ли он вообще? Но в тот момент, когда я спускал курок и видел как тяжелая туша с каким-то странным всхлипом падала на землю, раскинув руки во все стороны, я уже не думал об этом.
Шансов я ему не оставил. Винтовка была создана для этого.
Брызги крови и хруст раскалываемого черепа. Я услышал их даже здесь, лаже под слоем мха и болотной слизи, что покрывали мое тело с ног до головы.
Звук выстрела пролетел над этим местом и целиком заполнил его. Охрана вздрогнула. Не понимая, что произошло, они все еще стояли на своих местах, оглядываясь по сторонам в поисках источника выстрела.
Затем еще выстрелы. Двое высоких мужчин рухнули на землю как срубленные деревья и открыли путь для бегства.
— Беги, Филина!
Уже не сдерживаясь, я кричал в микрофон.
Женщина оказалась готова к этому и, не теряя времени, помчалась прочь, не оглядываясь и ничего не говоря. Она бежала быстро, как только могла. Ступая на твердую почву, ее ноги толкали вперед по остывающей земле, которая всего через несколько часов должна была покрыться слоем инея и льда.
Прозвучали выстрелы. Охрана погналась за ней. Все, кто остался в живых, бросились за ней, попутно открывая хаотичный огонь в ее сторону. Пули рассекали воздух, впивались в землю, застревали в стволах редких деревьях, стоявших здесь и принимавших на себя всю мощь огнестрельного оружия, но все они не находили нужную цель.
До моих позиций оставалось не более пятидесяти метров, когда внезапно я потерял ее из вида.
В одночасье ее будто не стало. Не было слышно выстрелов, гомон преследовавших ее охранников стих.
Я приподнял голову. Ничего.
Прошло еще секунд пять, прежде чем недалеко от меня я услышал женский крик.
— Рик!
На этот раз она говорила как обычный человек.
— Они попали, Рик!.. Бедро! А-а!
