В Чиатурах американские концессионеры не выполняли договора с советской властью, варварски вели разработку марганца, портили и заваливали шахты. Писательница собрала фактический материал большой обличительной силы и представила в Закрайком подробный доклад о положении дел на каждом руднике. Она начала штурм концессионеров, возомнивших себя бесконтрольными хозяевами на советских рудниках. В Зангезуре писательница — первая женщина в Советском Союзе — спускается в недра горы, чтобы изучить условия труда рабочих. М. Шагинян рассказывает, как она проверила на себе, что представляют шахты, построенные французскими концессионерами. Войдя в штольню, она со своими спутниками по мокроте и грязи дошла до шахты, стала спускаться. Внезапно на известной глубине сердце «…вдруг заработало как насос, в глазах помутилось… казалось, переживаю последние минуты, больше жить нечем, дышать нечем, и умереть в этом черном, грязном аду… было адски тяжело». Писательница немедленно подняла вопрос о том, что «работать на такой глубине без вентиляции — преступление»[33]. И прямым практическим результатом ее вмешательства явилось введение новой системы вентиляции в шахтах, улучшение быта рабочих.
Каждая из поездок по заданиям редакций творчески обогащала писательницу. В этих поездках возникли большие циклы очерков, которые печатались в «Известиях»[34].
Все они были значительными публицистическими выступлениями и по конкретности своих фактов — речь всегда шла о том, что писательница видела, исследовала, — и по остроте постановки проблем. Они отличались и оперативностью и широким идейным осмыслением процессов, происходивших в жизни того уголка страны, какой был взят Мариэттой Шагинян под наблюдение.
Но важность очерковых циклов Шагинян в 20‑х годах этим не исчерпывалась. Именно в ее журналистских вылазках и разведках возник и облекся плотью замысел «Гидроцентрали». «Знакомство с Армянской республикой, знание главных ее хозяйственных проблем, отпечатлевшиеся в памяти образы ее людей так переполняют меня, — свидетельствует сама писательница, — что рамки очерка размыкаются перед воображением, словно вспомогательные леса, и меня неудержимо тянет к роману».
«Гидроцентраль» явилась художественным обобщением виденного и пережитого писательницей: именно потому столь широк размах романа и многообразны населяющие его герои. В его подтексте бурлит могучий поток жизненных явлений, событий, неповторимо своеобразных, вырванных из самой сердцевины истории, из кипучих дней, когда начиналось социалистическое строительство.
Творческая задача необычайной сложности встала перед Мариэттой Шагинян: заключить в рамки романа вздыбленный, развороченный мир, где шла ломка и старой экономики и старых человеческих отношений, где бурно возникало новое. Не удивительно, что работа над «Гидроцентралью» заняла несколько лет. В 1926 году возник замысел романа — первое упоминание об этом относится к 6 января 1926 года и связано с поездкой на маленькую гидростанцию по реке Занге[35], — писать же роман М. Шагинян начала 25 января 1928 года. После напряженных и драматических событий — зимовка на Дзорагэсе, весенний паводок, гибель моста и т. д. — к концу года были готовы первые четыре главы: «Биржа труда», «Ужин с завязкой», «Утро», «Железная дорога». Они благодаря несчастливому стечению обстоятельств оказались потерянными во время одной из поездок писательницы по Закавказью.
К работе над романом М. Шагинян вернулась лишь осенью следующего года: уехала на Дзорагэс, чтобы опять окунуться в атмосферу стройки. Здесь 7 октября 1929 года она мужественно заново принялась за роман и к декабрю восстановила пропавшие главы, а также написала три новых: «Гидрострой», «Суд над рабочим» и «Бумажки».
Основная работа над «Гидроцентралью» пришлась на 1930 год, когда были завершены решающие пять глав: «Героиня романа», «Гора Кошка», «Проект Мизингэса» (первоначальное название — «Пыльная буря»), «Маркс и Вейтлинг», а также глава «Паводок».
Январь 1931 года явился для писательницы месяцем напряженнейшей творческой работы[36]. За этот краткий срок ей удалось сделать последние четыре главы романа, правда, ранее тщательно продуманные, и 8 февраля «Гидроцентраль» была окончена. А в мае 1931 года Мариэтта Шагинян срочно выезжает в командировку в Москву и Харьков добывать трубопровод и генераторы для «героини романа» — Дзорагетской гидростанции. Пуск станции из–за отсутствия электрооборудования находился под угрозой срыва. Успешно выполнив свою миссию, М. Шагинян записала в статье «Случай с выводом»: «Ни один писательский разговор о творческом методе никогда не приведет ни к какой реальности, если писательское восприятие действительности, как дождика сверху (с зонтиком или без зонтика), не сменится вот этим участием в коллективном мышлении своего времени»[37].
