— Сюда, — сказала она, подведя его к одному из темных отверстий. Чтобы пробраться внутрь, им пришлось нагнуться. Хэл последовал за ней, думая, что это вход в пещеру, но внезапно проход повернул в сторону, и он увидел перед собой свет. Они вышли наружу, и далеко наверху увидели солнечный свет, как будто очутились в каменном колодце.
Хэл заметил, что рядом с отверстием, из которого они выбрались, находился большой полукруглый валун. Похоже было, что его можно было перекатить и, как пробкой, заткнуть это отверстие. Они продолжили путь вверх, пробираясь между глыб коричневого известняка, и через некоторое время присели отдохнуть на небольшом ровном участке.
— Далеко ли еще? — спросил Хэл, прикрывая ладонью глаза, чтобы взглянуть на каменную стену, по которой они взбирались. — Я не вижу никаких признаков построек, и... — Он перевел взгляд на Процион, переместившийся к западу. — ...солнце вот-вот окажется позади этих пиков; думаю, не больше, чем через пятнадцать минут.
— Ты не видишь ничего потому, что не должен ничего увидеть, — сказала Аманда. — Но ты прав насчет пятнадцати минут. Нам их хватит.
Хэл взглянул наверх и только сейчас увидел — всего лишь в десятке метров над собой — край уступа. Этот уступ шел в обе стороны, насколько хватало взгляда, и был, как теперь понял Хэл, довольно широким.
Он не заметил его прежде, потому что свет заходящего солнца усиливал иллюзию сплошной каменной стены, уходящей вверх. Теперь же солнце опустилось настолько, что и сами они и нависавший над ними участок склона оказались в тени. А уступ, должно быть, все еще оставался на свету, потому что Хэл сейчас обратил внимание на его край, освещенный солнцем.
Видя, что конец пути уже близок и место, куда они направлялись, превратилось в реальность. Хэл понял, что наконец найдет ответы, которые он хотел услышать от Аманды раньше.
— Подожди! — попросил он ее. Он остановился, и Аманда, шедшая впереди, также остановилась и обернулась к нему.
— В чем дело? — спросила она.
— Сейчас, возможно, у меня последняя на какое-то время возможность поговорить с тобой наедине. — Собственные слова показались ему неуклюжими, но их надо было произнести. Когда Там Олин тогда, в Энциклопедии, говорил с тобой о вере, что он имел в виду? И о чем ты перед самым нашим уходом сказала Рух и Аджеле, повернувшись к ним?
Она непривычно пристально и долго смотрела на него — как будто пыталась увидеть что-то, глубоко скрытое у него внутри.
— Скажи мне, — произнесла она наконец, — ты идешь дальше? Или поворачиваешь назад — даже в этот момент?
— Почему я должен повернуть назад?
— А ты повернул бы — сейчас?
Хэл некоторое время подумал.
— Нет, — ответил он, — я хотел попасть сюда. И хочу до сих пор.
— Хорошо, — кивнула она, — потому что ты должен был сам, добровольно, принять решение прийти сюда. Потому что ты хотел прийти.
— Хотел. И ты это знаешь.
— Я должна была убедиться, — сказала она. И после небольшой паузы продолжала:
— Понимаешь, когда я задержалась, чтобы поговорить с Рух и Аджелой, то затем, чтобы сообщить им, что теперь все будет в порядке и есть надежда, что ты найдешь в конце концов Созидательную Вселенную.
Хэл удивленно посмотрел на нее.
— Как ты могла обещать им что-либо подобное? Я не могу гарантировать, что надежда есть — и ты это знала. А даже если и мог, никому не дано знать наверняка!
— О, Хэл! — Она внезапно обняла его и опустила голову ему на грудь. — Разве ты не понимаешь? Ты довел себя до изнеможения, пытаясь пройти сквозь стену в том месте, где это невозможно сделать. Там, в Энциклопедии, ты видел, что все остальные крайне утомлены, но в себе ты того же не замечал! Ты должен отступить назад от этой проблемы и подождать, когда в голову тебе придет другой способ. Именно поэтому тебе и пришлось отправиться сюда! А что касается другого вопроса, я знаю только то, что видел Там. А видел он больше чем, когда-либо видела я, — потому что он находится на пороге смерти. Но когда он сказал мне, что же увидел он, то и я смогла увидеть то же самое: настанет момент, когда я должна верить в тебя и почему должна верить. Ты в конце концов победил бы — но гораздо большей ценой, чем кто-либо из нас может вообразить. И путь к этой победе — здесь; я чувствую это!
— Какой ценой?
— Я не знаю! — сказала она, все еще держа его в объятиях. — Она недоступна моему воображению, и, думаю, даже воображению Тама. Но когда он сказал мне, я смогла ощутить ее — как и он смог; и я поняла кое-что еще. Но об этом я не могла бы рассказать тебе до тех пор, пока ты не решишься и не появишься здесь.
Аманда остановилась, как будто у нее внезапно перехватило дыхание.
— Что еще? — спросил он.
— Твой следующий шаг на пути к тому, что заставил меня увидеть Там. А теперь ты решился отправиться сюда, в Гильдию Придела, добровольно, по собственному выбору.
Аманда разомкнула объятия.
