Существо пошевелилось и уставилось на меня. Я замер на одной ноге, разом взмолившись всем демонам и духам, но ничего не происходило; две черных дыры, затянутых белесой пленкой, слепо глядели мимо. Да оно же меня не видит! Я, Лоза, исключение из правил!
Прежде чем потянуться к одной из голов — самой ближней — я малодушно зажмурился…
…и небольшое румяное яблоко само упало в ладони.
Я с некоторой оторопью отошел от вновь преобразившейся яблони, разглядывая трофей. Неужели мой дар увидь-себе-неприятности действует только тогда, когда я боюсь? У страха глаза велики, можно усмотреть чего лишнего.
Яблоко никак не желало превращаться обратно. Красивое, ровное, без единой червоточины, оно будто светилось изнутри, напоенное сладким соком. Под прозрачной кожицей, запаянные в мякоть, как в янтарь, лежали черные зернышки; в каждом из них прятался крошечный росток. Едва можно было различить два зеленых листика, корешок, веточки и миниатюрные бутончики; все будущее Древо, могучее и прекрасное, свернулось в границах маленького зернышка…
— Это оно, — сказал чей-то усталый голос.
Я вырвался из мечтаний, где на новом Древе уже выросли новые яблоки, в которых появился новый зародыш Древа и поднял голову.
Они все-таки добрались. Клен лишился меча и прихрамывал на левую ногу, бледная Крапива теребила кончик растрепанного хвоста, а Смерть то и дело утирал кровь, струящуюся из ссадины на лбу. Они стояли в нескольких шагах, но делали вид, что в упор меня не замечают.
Неужели став невидимым для Древа, я стал невидимым и для остальных? Или это из-за маски? Легко кольнула совесть: со времени нашего расставания я ни разу не вспомнил о своих спутниках. Легко так кольнула. Незаметно.
Клен шагнул вперед и повелительно бросил по-ниморски:
— Я пришел, и я требую повиновения.
В его руках блеснул тонкий ободок на нитке с высушенным листом внутри. Вряд ли красивое украшение, а не лист с Великого Древа, заключенный в управляющий контур.
Столько всего пережить, чтобы проиграть в самом конце. Самое обидное, что все, яблоко уже у меня в руках. Осталось всего-то ничего — передать его целительнице! Карма, это ты специально позволила мне так далеко пройти, чтобы горечь поражения стала еще сильнее?
— Я пришел к тебе, и я требую ответа.
Стоп-стоп, Лоза. Вот именно: у тебя есть яблоко. Яблоко, с помощью которого можно заклинать Ниморский Лес, как делает Клен с листом. И пусть он друид, но далеко не великий маг, а значит, могу попытаться и я. По крайней мере, это все, что остается…
Я уставился на Древо самым гипнотизирующим и всех гипнотизирующих взглядов. Молчать! Молчать, кому сказано! Иначе… а что я сделаю? Съем это яблоко! Нет, не буду есть яблок, никогда, никаких. Не слышит… Эх, и куда делось мое второе зрение? Мы бы договорились, хоть языком жестов…
Клен поочередно провел по ладоням внешним острым краем ободка и сжал между ними.
— Я приказываю: отвечай!
Кровь! Точно! Сила жизни. Я не маг, а магам этого и не надо, но и не мертвяк, а значит, хоть крупинка волшебства в моей крови есть. Ноль целых, семь десятых. Я поспешно достал нож и приготовился аккуратно проткнуть палец…
Древо заговорило. Я подпрыгнул, располосовал руку и едва не заорал в голос. Заговорили головы, одновременно, разными голосами, высокими и низкими, мужскими и женскими, складывающимися в единый хор:
Крапива вздрогнула и уставилась на яблоню. Друидка колдовала: ее губы чуть шевелились, а пальцы едва заметно постукивали по бубну. Судя по тому, что Смерть все так же со скукой оглядывался по сторонам, никаких голосов он не слышал.
— Отдай мне моих людей, — с угрозой сказал Клен.
Слушай, ты, кровопийца… Я посмотрел на яблоко и едва не швырнул его на землю. Человеческая голова распахнула ярко-зеленые глаза и посмотрела на меня знакомым взглядом, с самым знакомым видом, и вообще, она была мне знакома до каждой черточки…
Вот только глаза у меня не зеленые, как у лесных тварей, а нормальные. Наверное, только это и помешало мне удариться в панику.
— Чего же ты хочешь? — спросила моя голова.
Я стою в маске и разговариваю с собственной отрубленной головой. Прекрасно. Можно подумать, что я — это уже не я, а невесть что. Но это лучше, чем разговаривать с яблоком; первое — всего лишь магия, тогда как второе — психическое заболевание. Всего лишь магия. Согласись, Лоза, было бы странно, если бы яблоко превратилось в голову твоего дедушки. Оно всего лишь копирует того, с кем разговаривает. Да, именно так. Ведь твоя голова все еще на плечах, верно? Всего лишь зеркальная иллюзия, ничего страшного…
— Клен не должен ничего узнать и увидеть, — прошептал я, косясь на друидов и колдуна.
Голова улыбнулась и пропела в общем хоре:
Получилось! Я, Лоза, великий заклинатель деревьев и дрессировщик яблок!
Я посмотрел на Древо и почувствовал, как эйфория исчезает без следа. Существо глядело прямо на меня, зло и торжествующе.
— Как это понимать?
