Карма! Я поднял голову и стукнул кулаком по крошащемуся бетону, помянув всепрощение и чувство момента черных магов. Судя по удаляющемуся грохоту, гулянка развернулась нешуточная. Десять лет они не могли разобраться, так нет же, надо сделать это именно сейчас!
— И что ты в нем нашла, кроме роста и самомнения? — Колючка не ответила, безучастно смотря сквозь меня. А еще считается, что любовь — такая сила, сильнее всех прочих… Я вздохнул и достал жетон: — Ладно, понесли мир и согласие в темные массы.
Маршрут черных магов отмечали многочисленные разрушения; похоже, Смерть попросту гонял заклинателя по лабораториям, не давая ни секунды передышки на то, чтобы воспользоваться артефактом. Миссия тяжелым грузом давила на плечи, но я нес ее с честью — все равно перевалить не на кого. Без Беды не выбраться наружу, без Смерти — не прорваться через Ильду, и для исполнения моего плана они требовались живыми. Но истинные черные маги всегда все делают назло, и когда впереди послышались голоса, я невольно обрадовался.
— …или забыл, откуда я тебя вытащил? — в голосе приграничника за налетом презрения прятался страх. Что ответил колдун, я не расслышал, с шумом ворвавшись в небольшое и почему-то очень холодное помещение. Смерть все-таки загнал противника в угол и припер к покрытой изморозью стенке, но выглядели плачевно оба.
Черная магия — грязное оружие, направленное на причинение как можно большего ущерба. Колдун выглядел, как скелет в черных лохмотьях, а по лицу Беды расползались багрово-синие язвы; приграничник вжимался в стену, как последний аргумент удерживая в чуть подрагивающих пальцах ажурный костяной шарик. И весь этот натюрморт окружали тонкие дымные линии, беспрерывно мелькающие и изгибающиеся в темном клубящемся облаке, заполняющем комнату.
— Ну что же, твоя взяла, — заклинатель покорно склонил голову, и костяной полый шарик выскользнул из ладони, покатившись по полу. — Жаль, что не вышло. Ты счастливчик, Смерть.
Так, пошли разговоры за жизнь, а значит, пора прекращать этот балаган. Я выступил из мрака, собираясь решительно вправить двум шизоноидам мозги:
— Эй, если ты его сейчас его просто так прихлопнешь, сам же потом пожалеешь. Он должен мучиться. Долго мучиться. И я, как пострадавшая сторона, хочу в этом участвовать!
Эм… сорвалось. Два шизоноида окинули меня настолько красноречивыми взглядами, что я устыдился и тихонько убрался обратно.
— Покончишь со мной своими рукам или… — дымные тени неспешно заскользили по телу приграничника, опутывая по рукам и ногам и заключая в сложную многолучевую фигуру. — Оу, я так и думал. К этому все и шло.
Стены, покрытые мраком, уехали в неведомое; холод пропал, сменившись обжигающим суховеем, принесшим запах полыни, гари и разогретого металла.
— Надеешься вымолить пощаду? — высокий мрачный силуэт окутывало красноватое свечение, как отблеск близкого огня.
Беда сдавленно рассмеялся:
— Пощаду? У тебя?
— Может быть, вы потом подеретесь? — жалобно вопросил я из мрака. На месте Смерти давно бы открутил говорливому заклинателю башку за один глумливый тон, но тот отчего-то медлил.
Не дожидаясь приказа, Колючка шагнула к колдуну, коснувшись локтя, и видение схлынуло, возвращая в мирские реалии ниморского холодильника. Смерть передернулся, стряхивая руку умертвия, и приграничник съехал по стенке, упав на четвереньки и пытаясь отдышаться:
— Я тебя не узнаю…
Удар ногой отшвырнул его к противоположной стене. Беда извернулся змеей, избегая следующего удара, и перекатился на живот, потянувшись к лежащему артефакту, но Смерть оказался быстрее. Подкованный железом каблук с размаху опустился на почти коснувшиеся шарика пальцы, вырвав короткий стон, и с хрустом повернулся, дробя кости.
— Не увлекайся. Он мне нужен, чтобы показать дорогу, — колдун прошествовал мимо, задев плечом, и скрылся, оставив за собой последнее слово. Бывшая друидка посеменила следом то ли за памятью прошлого, то ли источником энергии, а я остался офигевать. У восьмого уровня обнаружилась мыслительная деятельность, что уже удивительно, но это, что вот это сейчас было?
Ах да, я же что-то там просил… Но нельзя же было это принять всерьез? Хорошо, Лоза, первый этап пройден, и почти без жертв. Я рассчитывал на то, что если двое взрослых черных магов не смогли убить друг друга за десять лет, то этому есть объективная причина. И не ошибся.
— А вот теперь узнаю, — недобро прокомментировал недобитый заклинатель, кое-как соскребаясь с пола. И что-то подсказывало, что месть его будет если не страшна, то нисколько не приятней подставы с Великим Лесом.
В Лес их. Всех в Лес.
… Беда прихрамывал, опираясь на меня, и вычурно ругался, мешая наш язык с ниморским. Если бы не специфическая защита, позволяющая черным выдерживать собственную разрушительную магию, к демонам бы он сейчас скакал; вообще, будь черные чуть уязвимей, может и не стали так лезть на рожон. Но не факт — у многих людей это не получается до сих пор.
