По предварительной оценке куда менее подготовленный, но числом защитников «уралочки» явно превосходящий. Значительно. Не все были в «обвесе». Только он насчитал пяток «гражданских». А вот вооружены примерно однотипно.
— Обидно, да, — неловко крякнул Волконский, периферийным зрением наблюдая за тем, как в ужасе распахнулись глаза водителя «Ская», а сам он вскинул руки вверх.
Впрочем, думать об ошибках было рано. Куда больше его волновал противник.
— Надо было оставаться в машине! — услышал он громкий голос Юсуповой.
Девушка уже поняла: что-то не так. Вот только вся… «неловкость» ситуации до нее еще не дошла. Если бы у Павла было время, то он обязательно объяснил бы, что авто в такой ситуации — ловушка. Плотность огня моментально разрядит защитные амулеты. И тогда машина превратиться в коробку, салон которой карабины противника прошьют практически в любой проекции. Про рикошеты клановец даже упоминать бы не стал.
Однако клановца в сей замечательный миг, куда больше интересовало кольцо окружения. Человек пятьдесят в форме «Скорпионов» и это без учета «гражданских». И у каждого в руках полуавтоматические карабины. Вооружены они были куда хуже сопровождения. Но вот численный перевес как-то эту разницу нивелировал.
— Центр — Шуту, — раздался в наушнике все столь же невозмутимый голос оператора. — Подмога будет через семь минут.
Парень негромко хмыкнул. За это время их тут всех положить два раза успеют. У него, конечно, имелся и свой «джокер». Но как он еще сработает…
Где-то негромко завизжала женщина.
Волконский чисто автоматически отметил, что надрывный крик раздался из того самого «Ская». Однако водитель что-то шикнул, и его пассажирка замолчала.
Неподалеку хлопали двери. Кое-кто из тех, кому повезло оказаться за кольцом оцепления, бросились подальше от возможной стрельбы. Однако большинство притихли и старались не отсвечивать в надежде, что их пронесет.
Волконский медленно выдохнул, разжав пальцы правой руки и по одному вновь сомкнув их на рукояти комплекса, выбрав в качестве цели одного из бойцов. Судя по тому, как он жестами отдал несколько приказов своим людям, не главный, конечно… но какой-никакой командир. После первого выстрела можно будет не прицельно подавить еще пару «карабинеров» и перекатиться в укрытие. Корпус автомобиля — так себе защита, но в районе двигателя и колесных дисков хоть какая-то преграда.
Ситуация зависла в хрупком равновесии. Обе стороны прекрасно понимали, что кто бы ни открыл огонь — большая часть присутствующих останется здесь. Да и гражданские пострадают. А этого император не простит. Да и комплексы в руках защитников «принцесски» наводили на размышления. Таких даже у гвардии быть не может. Пришьешь подобных «мажоров», а вдруг на то служба какая государева обидится?
— Я капитан гвардии Юсуповых, — разнесся над пробкой усиленный амулетом голос. — Отдайте нам самозванку и разойдемся миром!
До обостренного до крайности слуха Волконского донеслось удивленно-протяжное «Что-о-о-о⁈». Кажется, «принцесска» такой «легенды» для бойцов не ожидала.
— Волконский, — крикнул в ответ парень не раздумывая. — Павел Анатольевич. Командир сводного отряда СИБ и клановой гвардии. У меня приказ доставить Юсупову Викторию Львовну к Центру.
Смысла убеждать собеседника, что наследница настоящая молодой человек не видел. Обозначил главное — ведомственную и клановую принадлежность, а также свою цель. Ну и заронить в мозги противников хоть каплю сомнений, чего уж тут…
— Командира вижу, — шепнул негромко наушник голосом Мыши. — Готова работать по приказу.
Тишина длилась недолго. Гвардеец «уральцев» человеком явно был военным. А потому размышлять долго не стал.
— У меня тоже приказ! — разнесся его голос над крышами застывших машин.
— Две минуты, — сообщила Тишь.
Павел чуть заметно дернул прижатой к подушке цевья щекой. Вот и все отведенное время на разговоры. Дальше в любом случае придется начать движение.
— Капитан, — рявкнул он. — Людей положишь. Тут гражданские. Выходи, побеседуем!
Глава 7
— Да, я готов втянуть наш клан в противостояние с императором и Волконскими.
На зал обрушилась тишина. Конечно, никто и до того не рисковал выходить за нормы этикета на таком собрании, но сейчас она стала практически абсолютной. Молчал главразведчик Юсуповых. Он уже поставил все на зеро, и добавить сказанному было нечего. Не спешил обвиняюще поднять перст и Игнат, давая родичам время поразмыслить над сложившейся ситуации.
«Молодец, сынок!» — мысленно улыбнулся воевода, все также умудрявшийся подпирать колонну с видом независимым и величественным.
— И чего же ВЫ хотите, Константин Ильич? — наконец нарушил полную драматизма и тяжких раздумий паузу.
Обращение на «вы» к родичу и так демонстрировало отношение молодого человека к главе клановой разведки более чем полностью. Однако едва заметной интонацией он умудрился подчеркнуть свое презрение еще больше.
— Я хочу сохранить нынешний пост, — тут же откликнулся мужчина. — На десять лет минимум.
