«Все как всегда!» — философски решил Павел. Когда ты силен, то опасаться стоит вовсе не тех врагов, что ведут против тебя открытые боевые действия. Самые опасные те, кто и слово не мог выдавить из себя против сидящего «на коне». Ты и не думал о них, а «крысы» ждали своего часа, чтобы отомстить за чаще всего мнимые «обиды» и «пренебрежение».
— Фу-у-у-у-у-ух-х-х… — протяжно выдохнула Юсупова, переводя взгляд на клановца.
— Да хоть лопатой бей, — фыркнул тот.
Такие наезды нужно пресекать сразу. И, желательно, чуть менее адекватно, чем того требует ситуация. Причем самостоятельно. Нет, клановец, конечно, был готов вмешаться в любой миг, если понадобится помощь…
— Но я же… девочка? — переспросила Виктория, припомнив недавний разговор с Кошкиной, которая пыталась ее переубедить отправиться бить лица расшумевшейся под их окнами компании.
— Ну так возьми розовую, — хмыкнул молодой человек.
А в следующий момент «рвануло». Даже он, примерно представляющий силы «уралочки», с трудом устоял на ногах в тот миг, когда в грудь молодом ударила волна неоформившейся Силы. А ведь парень даже успел подготовиться. И примерно представлял, чего именно ожидать.
Кое-кому же поплохело изрядно. В классах учились всякие… личности: в том числе подлецы, трусы, просто сволочи. Но вот идиотов не было никогда. Даже со связями пропихнуть через строгое сито отбора своих чад «обходными путями» не могли себе позволить и Первые Семьи.
В общем, припомнив «бойню в столовой», однокашникам не составило труда представить последствия такого «заряда», будь он вложен в оформившийся Лед. Тем более, времени поразмыслить было вполне достаточно. Например, во время попытки свидетелей подняться на ноги. Далеко не все оказались готовы к «сногсшибательной» волне чистой Силы.
Троицу, кстати, просто разметало в разные стороны. Однако каждая из них на радость клановым инструкторам вполне резво вскочила и напряженно застыла в ожидании следующего удара. И, по ощущениям Павла, он вот-вот должен был быть нанесен.
— Вика, успокойся, — негромко потребовал клановец.
К его собственному удивлению, девушка послушно замерла в покорной позе, еще ниже опустив голову в поклоне.
— Как скажете, господин…
Это проняло свидетелей едва ли не лучше «выброса».
— Вы… уходите!
Для контроля молодой человек даже перекрыл Юсуповой директрису возможного удара. Очень хотелось надеяться, что ему не придется об этом пожалеть.
— Время, — вмешался преподаватель, пусть и понявший, что происходит нечто необычное, но, по освященной веками традиции сего учебного заведения, вмешиваться в разборки «небожителей» не стал. Да и служебная инструкция подобного варианта не предусматривала. В случае нештатной ситуации неодаренный профессор обязан был известить службу безопасности Классов, но никак не лезть в разборки слушателей самостоятельно. Прибьют же и не заметят без должной подготовки. Единственное, что примиряло с ситуацией известного в империи и за ее пределами исследователя международного права — более чем щедрая оплата его услуг, с лихвой перекрывающая все риски. В конце концов, у него свои дочери подрастали. И их необходимо было выучить и выдать замуж. А все это требовало огромных даже по меркам его более чем нескромного дохода сумм.
— Пойдем? — прозвенел звонким колокольчиком неестественно счастливый голос «уралочки», а сама она подняла взгляд и, чуть наклонив голову к левому плечу, мило улыбнулась.
«Уже и до аниме добрались!» — мысленно ахнул Павел, вновь пообещав себе серьезно поговорить с полицейской. Нет, он ничего не имел против изучения древней анимации, но всему же должен быть предел!
Вслух же он возмущаться не стал. Лишь незаметно вздохнул и сделал первый шаг к свободным местам римской аудитории. Юсупова тут же пристроилась следом за его левым плечом.
— Неделя, — негромко сообщила Кошкина, присаживаясь за столик Павла.
От одного тона девушки все надежды молодого человека на спокойный почти семейный обед в компании Вики и Светы разом рухнули. Впрочем, парень себе врал. Неладное он заподозрил в тот самый миг, когда заметил проскользнувшую в Главный зал Лену. Ей давно уже никто не чинил препятствий в том. Самые же горячие головы остужала та легкость, с которой красотка махнула рукой устроившемуся чуть ближе к входу Воронцову… и, что важнее, вполне себе дружелюбный жест со стороны Матвея Александровича. Вот только девушка до сих пор предпочитала обедать в других столовых. Да и занятия у нее, насколько помнил Волконский, проходили в дальнем корпусе.
— Что случилось, — тут же подобрался он, едва девушка рухнула на свободный стул.
— Матримониал, — откликнулась… сестренка, пока Кошкина собиралась с мыслями. — Девяносто три процента.
— Паутовы? — уточнил тут же Павел.
Просто на всякий случай. Все-таки целительница практически в любой семье была бы желанным пополнением. А уж с такими талантами…
— Паутовы, — подтвердила Елена, резко кивнув, отчего несколько вьющихся прядей упали ей на лицо. — Обозначили срок, после которого они инициируют канцелярское разбирательство по долгу моей семьи.
