Яровская тут же попыталась упасть в обморок. На ее беду, девушкой она была крепкой. А потому беспамятство все никак не желало спасти ее от столь жестокой реальности.
Хоп!
Заместитель Главы, уверенный, сто Старая Карга сосредоточилась на владыке, рискнул пойти на рывок…
Щелк!
Лихо щелкнуло в воздухе свернутое полотенце, заставляя мужчину отступить, потирая пострадавшее плечо.
— Может, премия⁈ — вновь ласково прошептал Игорь Георгиевич, делая аккуратный шаг вперед.
Щелк!
Он успел отшатнуться до того мига, как «орудие» щелкнуло его по носу.
— Не пускать! — словно сквозь вату услышала полный ярости шепот Маргарита.
Но как их не пустишь? Даже если забыть, что каждый из «противников» по щелчку пальцев просто сотрет ее в порошок, то крепкие мужчины аккуратно и привычно продвигались вперед, постепенно отвоевывая шаг за шагом.
Ну и куда супротив них девице и пусть и боевой, но все же древней склочной старухе⁈ Про одаренность «гостей» Яровская даже и вспоминать не стала.
— Может, отпуск? — вкрадчиво продолжил ласковые речи Глава. — Или…
— А ну, вон отсюда! — потребовала Карга.
За столько лет она и не такие посулы слышала!
— Да мы же только и хотели…
Очередной рывок второго человека клана был красив, точен и… закончился почти так же! Разве что в этот раз прилетело ему по заднице во время бесславного отступления.
Правда, и от цели своей Анатолий Георгиевич не отказался. Лишь задержался на миг, чтобы растереть пострадавшую часть тела.
— Уволю! — возмутился Глава.
Он и сам попытался под шумок проскользнуть вперед. Однако мокрое полотенце лихо ожгло его бедро. До пятой точки Карга не дотянулась. Хотя и пыталась.
Валерыч же давил на своем фланге, выжидая момент…
Рывок!
С диким визгом Маргарита наотмашь хлестнула полотенцем!
— Ау! — удивился воевода, отступая.
От неожиданного крика все вокруг замерли, с интересом уставившись на «воительницу».
— Моя ученица, — негромко представила Маргарита Людвиговна.
— Очень рад за тебя, тетя Мара, — даже искренне поздравил Анатолий Георгиевич.
— Хоп!
Глава ловко проскользнул мимо защитницы кухни и одним из столов к готовящимся блюдом. Солонку он успел приготовить, едва они вошли. Скинув крышку, мужчина замер над одной из кастрюль.
— Всем стоять! — довольно объявил он. — Один шаг, и я за себя не отвечаю!
Почти со священным ужасом Маргарита уставилась на владыку, замершую с солонкой. Вот только теперь она боялась вовсе не его!
— И что вы хотите, шалопуты? — неожиданно улыбнулась она.
— Мои требования: полтора килограмма свинины, зелень и… — начал перечислять Анатолий Георгиевич.
— Есть квас, — подсказала Карга.
— И его! — тут же согласились братья.
В голос.
— Так, молодежь, — строго произнесла Жанна Людвиговна.
Первые лица клана мгновенно присмирели.
— Сейчас я все подготовлю, — пообещала Карга. — А Риточка быстро порежет салат.
Яровская, вдруг сообразившая, что все вокруг лишь сон, тут же кивнула и чуть подрагивающими пальчиками взялась за нож.
— А просто взять мясо они… не могли? — поинтересовалась она минут через пятнадцать.
— Могли, — довольно (!) откликнулась наставница. — Но это не было бы так интересно!
Объяснять, что каждый из «налетчиков» постоянно живет под прессом запредельного стресса, Вечная не стала. Равно как и обсуждать тот факт, что любое напряжение должно иметь свой выход. Дорастет — попоймет сама.
И отчего-то Жанна Людвиговна не сомневалась, что у Маргариты Яровской большое будущее. Именно на этой кухне.
Трое собирались здесь много лет. Еще с того времени, когда были совсем детьми. Тогда им за подобные шалости влетало всерьез. Со годами и десятилетиями количество способных подвергнуть их телесному наказанию резко уменьшилось. А привычка осталась. Жарить шашлыки на самой крышей. И пить квас.
От медитативного занятия их отвлек сигнал комма Главы. Тот только глянул на экран и, хмыкнув, развернул его к братьям.
— Паша молодец, — усмехнулся Валерыч. — Сам на этом деле заработает и о родичах не забыл.
— Что ж, — кивнул глава. — Посмотрим, что нам предложит Аркадий Данилович за то, чтобы мы УГОВОРИЛИ Павла обойтись вирой…
Братья довольно кивнули.
Игорь Георгиевич нажал на иконку ответа.
Глава 24
— Хм, — глубокомысленно выдал Павел.
Под прицелом трех пар задумчивых глаз он чувствовал себя совершенно спокойно. И его давно уже не смущал тот факт, что тщательно рассматривать наколотую на вилку еду, считается неприличным. Особенно в Главном зале Классов. Вот вопрос «Как они умудрились ТАК испоганить стручковую фасоль⁈» его волновал куда больше.
Бз-з-з-з!
Волконский покосился на выложенный в центр стола гаджет. Две несостоявшихся «женушки» (одна, правда, не его!) тоже уставились на вибрирующий коммуникатор. Светлана сохраняла завидное спокойствие.
— Девятнадцать пропущенных, — констатировала Леночка.
