Створки лифта разошлись. Павел первым шагнул в коридор… и тут же столкнулся нос к носу с господином Хань. Тот не стал дожидаться в кабинете, а встретил «гостей» у лифта.
— Прошу за мной, — негромко предложил он, развернувшись в сторону своего кабинета.
Волконский бросил на командира незаметный взгляд. Тот кивнул. Мол, все в порядке.
— Никак сам Хули-Цзин нас встречает, — усмехнулся Князь вслух. — За что такая честь?
«Ясно!» — хмыкнул парень, оценив византийскую хитрость начальства. Старший группы не только одной фразой умудрился поддеть ханьца, но и дал понять клановцу, что местный владыка попросту очистил этаж от посторонних.
— Уважают — не стал скрывать своих чувств Волконский и широко улыбнулся господину Хань.
Если признаться совсем уж честно, то нынешние «условия» парню нравились куда больше. Все-таки сидеть под прицелом автоматчиков, без труда «пробивающие» твои иллюзии — занятие не самое приятное.
Дошли быстро. Видимо, местный владыка спешил. Хотя держался очень и очень неплохо.
— Располагайтесь, — предложил он, едва все трое вошли в тот самый кабинет, куда еще несколькими часами ранее планировали поспасть исключительно штурмом.
А тут их не только пригласили, но еще и ОЧЕНЬ вежливо проводили.
— Да постоим, чего уж! — отмахнулся благодушно Князь, все также не забывая демонстрировать лучшую из своих улыбок.
— Ага, — беззаботно кивнул Павел, которому совершенно не хотелось садиться за накрытый, к удивлению юноши, стол.
Выдержка выдержкой, а нутро контролировать становилось все сложнее. «Бурчать» же животом на весь кабинет в тот миг, когда ты пришел ставить на место зарвавшегося лаобая… как-то несолидно, что ли!
Да и вообще, стиль «А чо такова-то?» некоторую экстравагантность прямо-таки предполагал.
— Хорошо, господа, — согласился Хули-Цзин бесстрастно. — Объяснитесь.
Павел глянул на Князя, старательно изображая немой вопрос: «Чего хочет от нас этот странный человек?». Командир лишь пожал плечами. Мол, мало ли неадекватов на нашем земном шарике?
— Уточните вопрос, — откровенно хмыкнул Волконский, ломая всяческий налет приличия и протокола.
Младшему на таком уровне полагалось помалкивать и кивать. Желательно не отрывая взгляда от начищенного паркета.
Господин Хань молчал не более секунды, обдумывая ответ. Затем все тем же тоном выдал:
— Что вы делали на улице?
— Считали, — вновь подал голос клановец.
— Вдруг сносить здание, когда придется, — все также безмятежно добавил офицер. — А мы уже и знаем, что никакие коммуникации и соседние здания не повредим!
Молодой человек приподнял бровь. Весь расчет строился на том, что им нужно было услышать всего один-единственный вопрос.
— Почему вы полагаете, что здание должно быть снесено? — поинтересовался хозяин кабинета негромко.
И вновь никаких эмоций.
Ответом озаботился командир:
— На моего коллегу совершено покушение, — начал перечислять он. — Как тебе известно, совсем недавно в столице были ликвидированы целых две группы высокой степени оснащенности специальными средствами поражения. И целью их также должен был стать присутствующий здесь Павел Анатольевич.
На этот раз господин Хань молчал дольше. Обвинение не прозвучало. Да и не верил он, что старый соперник действительно считает его причастным к минувшим событиям. Однако инцидент был упомянут.
— Это стоит предпринятых вами действий? — все также бесстрастно поинтересовался ханец. — Вы можете вызвать гнев Генерального секретаря. Уверены, что сможете оправдать подобное решение?
Павел беззаботно пожал плечами. В этот момент он жалел лишь об одном: что не догадался купить по пути жвачку. Надутый пузырь в лучших традициях Мыши был бы как нельзя кстати.
Реакцию Князя парень на миг выпустил из виду. Однако какое-то странное выражение раскосых глаз собеседника подсказало, что командир все также придерживается условленной линии поведения.
— Полагаете, что рядовой дружеский визит достоин внимания Генерального секретаря?
В этот раз Волконский успел уловить тот краткий миг, когда скулы господина Хань чуть заострились… и тут же расслабились.
— Рядовой дружеский визит, — негромко повторил он. — И что же нужно уважаемым гостям на моей территории?
Словно горячая картошка, инициатива в беседе вновь перешла к Павлу.
— Мы пришли обсудить беспокоящую активность ваших соотечественников на нашей земле.
Это было еще не обвинение. Но уже повод задуматься. И ханец им воспользовался.
— Полагаете, что я причастен к инциденту? — уточнил Хули-Цзин, едва заметно прищурив внимательные глаза.
Морщины на его лице стали видны чуть резче.
— Нет, старый Лис, — вновь перехватил нить беседы командир. — Предположить, что официальный представитель Великого Китая способен проявить такое неуважение к нашим законам и традициям… на это моей фантазии не хватило.
Тон Князя был все также беспечен. Где-то даже весел.
Щелк!
Офицер демонстративно выдул пузырь и лопнул его.
«Когда успел-то⁈» — мысленно возмутился Волконский. Мысль о том, что старший с ним не поделился, была неприятной.
— Будешь? — тут же хмыкнул прозванный по ту сторону Амура Волком, протягивая парню пачку жвачки.
