Этот кабачок был определенно не похож на тот отделанный деревом и латунью бар на ТКЦ, где мы с Джонни сидели в первый раз. Заведение помещалось на втором этаже запущенного дома в бедном районе, примерно в двух кварталах от библиотеки, где работал Джонни. Вряд ли он заскочил сюда по дороге к порталу — не то место. Скорее уж он встретил кого-то в библиотеке (или поблизости), и они зашли сюда поговорить с глазу на глаз.
Я сидела в баре шестой час кряду и уже глядеть не могла на их орешки и дрянное пиво, как вдруг в дверях появился старый бродяга. Войдя, он сразу направился к маленькому столику у дальней стены. Робот-официант не успел еще появиться, как он уже заказывал виски. По всему этому я поняла, что он здесь свой человек. Подсев за его столик и разглядев его получше, я поняла, что он не бродяга, а просто один из тех махнувших на все рукой людишек, которые толкутся в этом районе в лавках старьевщиков и возле уличных стоек. Старик прищурился и посмотрел на меня.
— Можно присесть?
— Может, и можно. Ну, подруга, что продаем?
— Я покупаю. — Я уселась, поставила на стол кружку пива и пододвинула к старику двумерное фото, на котором был запечатлен Джонни, входящий в будку нуль-Т на ТКЦ. — Видел когда-нибудь этого парня?
Старик кинул взгляд на фото и снова припал к стакану с виски (который на время поглотил все его внимание).
— Может, и видел, — ответил он наконец.
Я махнула роботу рукой, чтобы тот повторил, и продолжала:
— В таком случае тебе повезло. Если, конечно, не врешь. — Старик фыркнул и тыльной стороной ладони потер заросшую седой щетиной щеку.
— Давненько мне не везло. — Он внимательно посмотрел на меня. — Ну, сколько? И за что?
— За информацию. И ровно столько, сколько она стоит. Ну так как, видел его? — Я извлекла из кармана бумажку в пятьдесят марок. Такие ходили на черном рынке.
— Ну видел.
Я положила бумажку на стол и прикрыла рукой.
— Когда?
— В прошлый вторник. Утром.
День он назвал правильно. Я пододвинула банкноту к нему и достала другую.
— Он был один?
Старик облизнул губы.
— Дай сообразить. Нет, не один... он вон там сидел. — Он указал на столик позади нас. — А с ним еще двое парней. Один такой... ну, я его сразу запомнил.
— Какой?
Старик потер большим пальцем указательный — жест, древний, как сама жадность. Я продолжала допытываться:
— Расскажи-ка мне о тех двух мужчинах.
— Молодой-то... ну, твой... он был с этим, как их... ну, чудики такие в балахонах — природа, мол, и все такое прочее. Их еще по ящику все время показывают. Ну, на деревьях летают.
— На деревьях? Тамплиер, что ли? — спросила я в полном изумлении. Что мог тамплиер делать здесь, в баре на Возрождении-В? И если он что-то замышлял против Джонни, почему явился в мантии? Это как если бы убийца пошел на дело в шутовском колпаке.
— Ну да. Тамплиер. В такой коричневой штуке, их еще восточными называют.
— Это был мужчина?
— Говорю же — парень.
— Можешь описать его подробнее?
— Не-а. Тамплиер и все. Высокий такой сукин сын. А рожу я не разобрал.
— А второй?
Старик пожал плечами. Я достала еще одну бумажку.
— Они пришли вместе? Втроем?
— Да не знаю... Хотя нет, погоди-ка. Твой парень и тамплиер вошли первые. Того, второго, еще не было, а тряпку эту я сразу запомнил.
— Опиши мне второго.
Старик махнул роботу и заказал третий стакан. Я достала карточку и расплатилась. Гудя генераторами, официант укатил.
— Как ты, — поразмыслив, сказал старик. — На тебя похож.
— Невысокий такой, крепкий? С Лузуса, что ли?
— Ага, наверно. Я его здесь раньше не встречал.
— Ну, дальше.
— Бритый, — сказал старик. — Только фиговина такая болтается. Ну, как у моей племянницы... на конский хвост похоже.
— Коса? — спросила я.
— Во-во. — Он протянул руку к бумажкам.
— Еще пару вопросов. Они спорили?
— Не-а. Тихо сидели. Тут в это время вообще пусто.
— А когда это было?
— Я ж говорю — с утра. Часов в десять.
Примерно то же время было указано в кредитной карточке.
— А о чем говорили, не слышал?
— Не-а.
— Кто из них говорил больше?
Старик отпил еще глоток и наморщил лоб, пытаясь вспомнить.
— Сперва тамплиер говорил. А этот, твой, отвечал. И удивленный он был какой-то.
— Сильно удивленный?
— Не-а. Похоже, тот парень с тряпкой сказал что-то такое, чего он не ожидал.
— Значит, сперва говорил тамплиер. А кто говорил потом? Тот парень, которого я ищу?
— Не-а. Тот второй, с хвостом. Потом все ушли.
— Все трое?
— Не-а. Твой и тот, с хвостом.
— А тамплиер остался?
— Вроде бы да. Кажись, так. Потом я пошел в сортир, а когда вернулся, его уже не было.
— Куда пошли те двое?
— Да не знаю я, черт тебя задери. Чего мне к ним приглядываться? Я сюда пить хожу, а не шпионить.
Я кивнула. Робот подкатил снова, но я отправила его обратно. Старик хмуро посмотрел ему вслед.
— Значит, они не спорили, когда уходили? Не ругались? Никто никого не прогонял?
— А кого надо было прогнать?
— Моего. Или второго, с хвостом.
— Да не знаю я ни черта! — Он помял деньги в грязных руках, посмотрел на них, потом окинул взглядом бутылки, выставленные на витрине. Осознав, что от меня ему больше ничего не дождаться, он спросил: — Слушай, подруга. А на хрена тебе все это?
