Гипноз и религия полностью

Еще за несколько веков до Месмера средневековые схоласты уделяли большое внимание таинственной, на их взгляд, силе, которая властно притягивает кусок железа к магниту. Напыщенные трактаты об этом писали философы, богословы, врачи. С удивительным постоянством в их сочинениях при попытке дать объяснение явлениям магнетизма привлекались потусторонние силы. Время от времени представители религии обрушивались на магнетизм, но, отрицая «божественность» его происхождения, они отнюдь не стремились дать ему материалистическое объяснение. Отнимая его у бога, они отдавали его черту. От этой смены декораций взгляд на магнетизм не менялся, так или иначе в представлениях средневековья он был все тем же непостижимым, сверхъестественным.

В начале XVI века на магнетизме останавливается внимание Теофраста Бомбаста Парацельса. Этот немецкий врач и естествоиспытатель, искавший новых экспериментальных путей движения науки вперед и остро высмеивавший рабское преклонение перед авторитетом древних, сам совершил немало ошибок в своей бурной деятельности. У него возникла мысль: не будет ли таинственная сила магнита вытягивать болезнь из тела пациента, подобно тому как магнит притягивает железо? И Парацельс начинает лечить магнитами. Он прикладывает их к грудным младенцам, задыхающимся от дифтерии, и к агонизирующим ' старикам с кровоизлиянием мозга. Магниты не помогают. Но в практике Парацельса были и такие случаи, когда наложение магнита прекращало корчи и судороги, возвращало дар речи онемевшим, поднимало на ноги парализованных. Такие случаи бывали с нервными субъектами, чаще всего с женщинами, у которых болезненные расстройства возникли в результате каких-либо волнений или потрясений.

В начале своей врачебной деятельности попробовал лечить магнитами и Франц Месмер. После нескольких удачных случаев он уверовал в их целебные свойства Очевидно, что и у него удачные случаи относились всецело к нервным субъектам. Но однажды Месмер случайно заметил, что целебная сила заключена не столько в магнитах, сколько в нем самом: лечение оказывалось успешным и тогда, когда он прикасался к телу пациента не магнитом, а лишь собственными руками. Вначале Месмер был озадачен, но затем решил, что целебная сила, подобная той, которая заключена в магните, может накопляться и в живых существах, в человеке.

Развивая эту мысль, Месмер высказал идею, что в некоторых людях эта «чудодейственная» сила, названная им «магнетическим флюидом», может накопляться в особенно большой концентрации. Несомненно, решил Месмер, наиболее богатым вместилищем флюида является он сам.

Фанатично убежденный в своей правоте, Месмер начинает творить «чудеса». Популярность его растет. Отовсюду стекаются к нему больные. У него не хватает времени и рук прикоснуться ко всем жаждущим получить исцеление.

Тогда он приходит к такому заключению: «магнетический флюид» — жидкость, а жидкость, как известно, обладает способностью перетекать из одного сосуда в другой. Следовательно, можно сделать так, что чудесная сила, заключенная в Месмере, сможет оказывать целительное воздействие на людей и без участия самого Месмера. Ведь прикоснувшись руками к любому предмету, он может как бы перелить «магнетический флюид» в этот предмет, сделать его вместилищем этой чудодейственной жидкости (намагнетизировать его), а больные будут черпать исцеление, прикасаясь к этому предмету. И вот Месмер таким способом магнетизирует специально сконструированные им баки, наполненные железными опилками, чтобы, держась за выходящие из этих баков стержни, больные могли получать целебный флюид. В глазах больных «чудотворец» Месмер становится подобным богу.

Кроме того, специально для бедных у ворот своего дома Месмер «намагнетизировал» развесистое дерево. Больных предупредили, что магнетическая сила распространяется от листьев, веток и ствола дерева на всю площадь, покрываемую его тенью. А под таким деревом, если хорошенько потесниться, может одновременно расположиться до сотни человек. Слава Месмера растет, растет и его богатство.

Но этого мало Месмеру. Он домогается признания у официальной пауки. В 1774 году Месмер подает доклад в Парижский медицинский факультет, излагая свое учение о «животном магнетизме». Вначале официальная наука отвечает молчанием. Но Месмер пускает в ход все свои связи, и вот благодаря покровительству самой королевы Марии-Антуанетты факультет принуждают заняться «животным магнетизмом». Заключение факультета уничтожающе, особенно если принять во внимание, что в состав комиссии входили такие известные ученые, как Франклин и Лавуазье. Вот дословное заключение: «После того как члены комиссии признали, что флюид жизненного магнетизма не познается ни одним из наших чувств… после того как они, с другой стороны, доказали, что воображение без магнетизма может вызвать судороги, а магнетизм без воображения ничего не в состоянии вызвать, они единогласно постановили, что ничто не доказывает существования магнетически-жизненного флюида и что, таким образом, этот не поддающийся познанию флюид бесполезен».