В статье «Перспективы постиндустриальной теории в меняющемся мире» известный экономист и социолог В.Л. Иноземцев писал [118]: «Постиндустриальная теория... стала объективной (?! – В.Ц.) основой большинства социологических построений. ...Теория постиндустриального общества ...способна служить действенным средством социального прогнозирования на пороге XXI века». Казалось бы можно сделать однозначный вывод о существовании объективного метода общественного прогноза социологией и экономикой, но природа мышления и, следовательно, поведения людей сыграли с подобными «научными» предсказаниями злую – но закономерную! - шутку, приведя к совершенно неожиданным результатам! Уже несколькими годами позже в статье «Гуманитарные интервенции: некоторые выводы и размышления» тот же автор признается [119]: «XXI век только еще начался, однако уже сейчас видно, что возникающие на наших глазах тенденции диаметрально (! – В.Ц.) противоположны тем, которые ознаменовали собой последние десятилетия века ХХ»! Так чего стоили все «научные» основания для экономических и социологических прогнозов этих «наук»? И ведь сам же В.Л. Иноземцев в той же антологии с иронией отзывался о коллеге, который, следуя якобы «научности» теории постиндустриализма, сделал прогноз развития общества аж на 300 лет вперед! Невольно всплывает подозрение в подражании Ходже Насреддину, который поклялся эмиру, что за какие-то двадцать лет он научит осла читать Коран, резонно полагая, что за такой-то срок или он сам, или эмир, или осел концы отдаст. Пожалуй в прогнозе лукавого Насреддина «научности» даже больше, чем в теории постиндустриализма!
Можно вспомнить и пример приложения такой же «науки» - психологии к практике, доступно преподнесенный в эпизоде широко известного фильма «Семнадцать мгновений весны», когда руководитель гестапо Мюллер во время безуспешного поиска сбежавшего с советской разведчицей немецкого солдата с раздражением говорит: «Совершенно невозможно работать с непрофессионалами», т.е. с людьми, ведущими себя не стереотипно! Весь многолетний опыт борьбы с профессиональной уголовной преступностью оказался бесполезным, как только психология «преступника» оказалась не трафаретной! Хороши закономерности «науки» психологии, претендующей на предсказание поведения и объяснение скрытых мотиваций человека, как-то работающие лишь до тех пор, пока мышление клиентов предполагается примитивным и жестко стереотипичным!
В этих примерах речь идет о «самых научных из ненаук»: экономике, социологии и психологии, так что уж говорить обо всех остальных!? Поэтому пока отнесение к ненауке пока часто определяется самим предметом исследований, который никакими "причитаниями" невозможно сделать:
1. Объективно независящим от пристрастия, вкуса и моды (искусство, филология, литературоведение и т.д.),
2. Основанным на достоверно установленных фактах, а не вероятностных реконструкциях, конъюнктуре и откровенных выдумках (история, психология, богословие и т.д.).
3. Часто "предметы исследования" носят преходящий и необязательный характер (социология, экономика, юстиция, политология и т.д.),
4. Или представляют собой сверхсложные объекты: человека, общество, вселенную, эффекты квантовой механики и теории относительности, постигаемые "умозрительным" образом без малейшего представления о природе объектов, знания и понимания математики, какой-либо объективной методики и инструментария (если таковым не считать «язык без шарниров»!) (философия).
